Читаем Эксперимент полностью

– Что тебе сломать? – спросил он. – Что самодовольный вампир может сломать тебе, а? Палец, руку, ногу…Может позвоночник?

– А как на счет того, чтобы ничего мне не ломать? – окинув его нежным взглядом, спросила Лилит.

Она провела пальцами по его запястьям, ласково обхватывая их. Левиафан взглянул на эти маленькие пальчики. Руки, в два раза меньше, чем у него, выглядели как несчастные ниточки, на черном стволе многовекового дерева. Такие хрупкие и аккуратные руки – их нельзя было ломать снова.

– Ты маленькая дрянная зазноба! – произнес он, перехватывая ее за запястья и подтягивая к себе. – Ты самоуверенна до чертиков! Откуда в твоем хрупком теле столько самоуверенности и бесстрашия?

– А почему я должна бояться, если сейчас твоя очередь бояться? – улыбнулась Лилит.

– Да неужели? – рассмеялся Левиафан.

Лилит чувствовала, как он притрагивается к ее шее, уху, уже зажившие пальцы игрались в волосах.

– Да! – сказала Лилит, схватила его за руки и вывернулась, и вампир оказался у стены. Девушка уткнулась носом в его шею. – Ты потрясающий, когда выходишь из себя! Я готова злить тебя только из-за того, чтобы посмотреть на естественную ярость, которая так сладко перемешана с нежностью и похотью. Позволь мне насладиться твоей сущностью…

– Ты энергетический вампир… – прошептал Левиафан, запрокидывая голову и закрывая глаза. – Только ты плохой вампир. Ты питаешься негативными эмоциями. Твое нутро, твоя сущность, все твое тело требует зла, оно жаждет чужой боли, чтобы впитать ее в каждую клеточку…

–…Угу… – Лилит дотронулась губами до его шеи. – Дай мне эти эмоции …

– Хочешь зла? – спросил Левиафан, взглянув на нее исподлобья. – Ты хочешь боли? Агрессии? Негатива? Чтобы вся эта эмоциональная дрянь текла по твоим венам? Я дам тебе их…

Он схватил ее и поволок наверх, в то место, где мужчине простительно вести себя, как грубому мужлану. Простительно позволить себе чуть лишнего по просьбе женщины. Простительно отдать боль и получить вместо нее наслаждение.

11

Ветер разбушевался на улице. Он склонял деревья к земле, растрепав желтые листья, оголив безликие макушки. Конец сентября был уже более или менее похож на предвестника зимы, чем его начало.

Лил беспробудный дождь, смачивая почву, хоть и в этом уже не было нужды, так как все растения потихоньку уходили на покой. Каждая травинка начинала сверху чернеть, и потом чернь медленно пожирала зеленый цвет, убивая травинку. Но все равно, на деревьях было еще достаточно листьев, хоть и яркость их тускнела. Просто дождик и все. Серые тучи висели так низко над землей, что вот-вот должны были расстелиться в виде утреннего тумана. Но нет, тучи продолжали висеть над миром.

Лилит заваривала чай в то время, как Левиафан мечтательно смотрел в окно. Они уже не открывались, потому что девушка мерзла, а вампиру было все равно на воздух и его свежесть в доме, на холод и жару.

– Если бы я попросила тебя о чем-нибудь, ты бы сделал это? – спросила Лилит, усаживаясь напротив него за стол.

– Думаю, да! Если это «что-нибудь» не подразумевает под собой существительное вечность или мою смерть! – улыбнулся вампир, обратив взор на девушку.

– Дело не в вечности! – обиженно воскликнула девушка – А если это «что-нибудь» займет у тебя слишком много времени, но оно мне очень надо? – приподняв одну бровь, спросила Лилит.

– О, милая. Я даже не знаю, чего мне не жалко больше: деньги или время! И того и другого у меня навалом! Что ты хочешь? – он поставил вопрос прямо.

Лилит взглянула на кружку и почему-то покраснела. Вампир заметил неясное смущение и усмехнулся.

– Ты стесняешься просить меня о чем-то? Тебе стыдно из-за этого? – удивился он. – Разве просить – это стыдно?

– Нет. Просто я себя чувствую неловко…– улыбнулась девушка.

– Ты должна чувствовать себя неловко, когда ножами в меня кидаешься и руками размахиваешь, а в этой ситуации ты не должна себя так чувствовать. Нет ничего постыдного в просьбе, даже ко мне! Я же тебя не укушу за это…хотя, может с этим утверждением я и поспешил! Я понимаю, что тебе не хочется от меня зависеть ни в каком виде, но милая…другого выхода у тебя собственно и нет! – улыбнулся Левиафан, разглядывая ее голодными глазами.

– Я хочу, чтобы ты научил меня играть на пианино! – выпалила Лилит, взглянув в его глаза.

Он замер, словно услышал смертный приговор с его именем и избежать его никак нельзя.

– Чего? – не удержался он, выпучив глаза.

Лилит покраснела еще сильнее и отвела глаза в сторону.

– Знаешь, Лилит, утверждение «на это понадобится много времени» в данном случае не имеет место быть! На это понадобится очень много сил и терпения, причем не только твоего, но и моего! Искусство, абсолютно любое, требует силы, волю и желание. Есть ли у тебя это самое желание? Ты знаешь насколько оно должно быть сильным, чтобы сесть за пианино и не вставать до тех пор, пока «Полет шмеля» не будет идеально исполнен.