— Видишь ли, дело в том, что там, у себя, мы живём совсем по-другому. И переселяясь сюда большинство захочет сохранить свой прежний образ жизни. Не измениться самим, а подстроить ваш мир под себя.

— Это как?

— Ну, например, вырубить часть деревьев и на этом месте построить себе дома из камней и мёртвой древесины.

— Так нельзя! — в глазах Ежи плескался ужас.

— Ты знаешь, я пожалуй, с тобой соглашусь, — Максим плюхнулся спиной на подушки и уставился в потолок.

— Ты не понимаешь. Если уничтожить наш Лес, здесь тоже не будет жизни. Никакой.

— Планета что ли сойдёт с орбиты? — попытался пошутить Максим, но неожиданно Ежи подтвердил:

— Ну да. Лес контролирует её вращение уже очень давно. Без него точно наступит хаос.

— Слушай, а сколько тебе лет? Выглядишь ты лет на семь-восемь по земному исчислению, а рассуждаешь почти как взрослый.

— Четырнадцать, — со вздохом признался малыш. — А самому старшему из нас, Лишу, почти двадцать два. Мы немного по-другому взрослеем. Так говорят мама Юля и папа Серёжа.

— А что вы их на самом деле мамой и папой зовёте?

— А кого?

— А дерево из которого появились?

— Так то Древо, а то мама и папа, — раздельно, как бестолковому взрослому втолковывал очевидные для него вещи малыш.

— Лара, Максим, спуститесь, пожалуйста, в гостиную, — раздался откуда-то снизу встревоженный голос Маришки.

Макс сам не понял, когда успел одеться, но по лестнице он скатился буквально через минуту, всего на пару метров обгоняя Лару. Всё остальное семейство, включая маленьких дриад собралось в самой большой комнате дома перед экраном эйкома, занимавшем здесь всю восточную стену. На экране отражалась какое-то помещение типично лабораторного вида. В нём, возбуждённо расхаживая туда-сюда, метался эльф, а в сидящем в углу человеке Максим с удивлением узнал Акико Харада. Похоже, не только Лара мечтала сбежать к эльфам.

— Федь, повтори ещё раз для наших гостей.

— Только что мы закончили первичный анализ биологического оружия, разработанного специально для борьбы с нашим Лесом. Этот химикат разрывает все связи между деревьями, действуя избирательно только в местах их соединения. В самом худшем случае, это может уничтожить разум Леса, сохранив при этом его «тело» в неприкосновенности.

Максим поражённо присвистнул. Хотя со стороны их земного руководства это был вполне логичный ход. Зачем уничтожать ценный ресурс, которым является вся эта экосистема, если можно лишить разума хозяина и их основного конкурента?

— Это НАСТОЛЬКО опасно?

— Сейчас, когда мы об этом знаем и ищем способы противодействия, уже нет. Вопрос в другом. Чтобы разработать это вещество, им нужно было на ком-то тренироваться. На ком?

— Ой! Забыла! — Лара широко раскрыла глаза и прикрыла рот ладонью. — Я же хотела рассказать. Помните тот проросток с «таблетками от старости», которые вы передали при последнем контакте? Сами таблетки долго выращивать не получилось. Они очень быстро деградировали. А вот расчеренковать растение и вырастить из него маленький лесок вполне удалось. Наверняка на нём и экспериментировали.

— Это точно? — эльф на экране вскинул голову и серьёзно посмотрел Ларе в глаза.

— Вполне. Мне самой приходилось с ним работать.

— Опиши, пожалуйста, это место.

— Закрытая наземная лаборатория. Около двух гектаров застеклённых теплиц. Восемьдесят четыре растения высотой от двадцати сантиметров до двух с половиной метров, все соединены между собой.

— Да-а, — протянул Максим и покачал головой. — Такой подопытный материал в руках землян оставлять не стоит. В крайнем случае, его придётся уничтожить.

— Да это-то как раз не проблема. Уничтожить мы можем хоть население всей Земли, — Фёдор прекратил метаться и плюхнулся на стул. — Только это не выход. Этот Лесок живое и потенциально разумное существо, такое ещё одно своеобразное дитя нашего леса. И даже забрать его с Земли не слишком сложно. Благо портал мы открыть можем куда угодно.

— А в чём тогда проблема?

— В том, что все пригодные для заселения места на Форрестере давно заняты. У нас просто нет места.

7

В последние дни Мэтту Гаррисону начинало казаться, что он попал в фантастическую инсталляцию романа Агаты Кристи «Десять негритят». Каждый день кто-то исчезал. Началось всё с того, что из полёта не вернулись Лара Сот и Максим Антоненко. И если по поводу Лары у него и раньше были сомнения, очень уж заметно она изменилась после работы на опытном участке N 4, то парень производил впечатление человека здравомыслящего. Их осталось десять. Следующим ушёл в лес и не вернулся Карл Нойманн, хотя, казалось бы, что могло понадобиться технику в этой чащобе? Девять. На следующий день они потеряли Акико Харада. Восемь. Но вот тут он догадался проверить наличие опытных образцов и многого не досчитался. Это определённо говорило о том, что хитрый японец сбежал сам, да ещё и земные разработки прихватил в качестве искупительной виры.