Читаем Экспедиция в Лес полностью

О некоторых проектах, вроде создания из эльфов водных жителей, для подробного обследования и освоения морей, Маришка решила даже не упоминать. Как и о том, что от создания транспорта им пришлось отказаться из-за того, что Лесу в атмосфере Форрестера совершенно не нужны были вредные выхлопы. Впрочем, имея перед глазами транспорт, использующий для передвижения силы гравитации, можно будет создать аналог из местных ресурсов. Маришка зарылась босыми пальчиками в длинный ворс серовато-зелёного ковра. Тот мгновенно распушился и начал покачиваться из стороны в сторону. Лара бездумно повторила её жест, Максим же внимательно и настороженно следил за ними.

— Он что, живой?

Маришка согласно кивнула.

— Ещё один переселенец из неведомых миров.

— А чем питается?

— На насекомых охотится. В наши дома они тоже иногда попадают. Ну и поливать их надо время от времени. Да ты не бойся, погладь зверя, он ласку любит.

— И зачем ваш Лес впускает жить всех кого ни попадя? — это был риторический вопрос, но тем не менее, Маришка ответила на него вполне серьёзно:

— Увеличивает биоразнообразие для повышения стабильности экосистемы.

Всё вроде бы понятно, всё вроде бы логично, но Максима не покидало чувство, что о чём-то их любезные хозяева сильно не договаривают. Но вот в чём заключалась загвоздка: более-менее объективный анализ можно провести только находясь вне общей ситуации, а вникнуть в неё до конца можно только в прямом контакте с Лесом, но для этого требуется стать эльфом и оказаться внутри ситуации. Замкнутый круг. Может с дриадами поговорить? Хотя те ещё маленькие. Что они могут объяснить? И ещё одна мысль упорно не шла из головы. Глупость, конечно, но всё же. Зачем им пуп? Рождаются-то дриады внутри дерева. Или всё же какое-то подобие пуповины существует?

Мысли шли по кругу, отгоняя сон и не давая отдыха измученному сознанию. И только когда из распахнутого в ночь окна донеслись тонкие мелодичные посвистывания неведомой птицы, он заснул.

Просыпался долго и со вкусом, скинув с себя одеяло, зевая и потягиваясь. И это могло бы продолжаться ещё долго, если бы к нему в комнату не пробрался расстроено сопящий малыш.

— Привет, — Максим улыбнулся, глядя на забавную зелёную мордашку. — Ты чего тут делаешь?

— Извиняться пришёл, — мальчик осторожно умостился на краю постели и поднял на него виноватые глаза.

— За что? — Максим неподдельно удивился.

— Я вчера тебя напугал, а ты потом долго заснуть не мог. Пока я чудесную флейту не достал.

— Так. Давай по порядку. Как тебя зовут?

— Ежи.

— Так вот, Ежи, ты меня не напугал, а очень сильно удивил. Заснуть я не мог потому, что очень много думал, а это иногда вредно. И последнее, спасибо тебе, что не дал проворочаться всю ночь.

— Пожалуйста, — плохое настроение моментально слетело с дриады.

— А что такое чудесная флейта? Я думал, это птица свистит, — Максим моментально соотнёс незнакомое название с теми звуками, что вчера усыпили его. И не упустил случая узнать что-нибудь новенькое.

— Щас, — Ежи одним слитным, тягучим движением метнулся к окну, вывалился из него почти полностью, а потом каким-то невероятным образом опять заскочил внутрь. В кулаке он безбоязненно сжимал колючий коричневый шар, размером с крупную антоновку. — Вот. Только ты его не трогай. Он острый очень.

Подёргав за кончики иголок, Ежи привёл чудесную флейту в рабочее состояние. Шарик раздулся, на концах колючек открылись крошечные отверстия, и он тихонько запел.

— То есть, ты хочешь сказать, что эта штука способна издавать тонко модулированные звуки, способные нагнать на человека сон? — забыв, что обращается к ребёнку, Максим перешёл на привычную терминологию, но как ни странно, Ежи его отлично понял.

— Не только сон и не только у человека. Им можно на километр окружающую живность разогнать. А можно просто приятную мелодию послушать, — Ежи погладил шарик. Острые колючки под его ладонью слегка приминались, не раня тонкую кожу. — А можно мне ещё спросить?

— Спрашивай.

— Почему наши миры враждуют?

Максим от неожиданности сел на пятки. Вот как, спрашивается, объяснить ребёнку то, что самому ему кажется очевидным? Макс даже не подозревал, что примерно так же мучилась Маришка, когда вчера пыталась отвечать на его собственные вопросы.

— Ну, видишь ли, нас на Земле очень много. Уже почти не вмещаемся. А из новых миров, найденных за последнее время только на одном есть жизнь. На основе сероводорода. Проще говоря, только здесь для нас есть подходящие условия.

Малыш с умным видом покивал:

— Это нормально, что живые существа распространяются и занимают новые территории. Мы вот тоже, когда вырастем, будем садить леса в пустых мирах.

«Так вот зачем нужны дриады!», — пронеслось у Максима в голове. А вовсе не затем, что втолковывала ему вчера Маришка. Хотя, может, и за этим тоже. И ещё за чем-нибудь. Мало ли найдётся областей применения этим «зелёным человечкам». Между тем Ежи продолжал:

— Так и приходили бы к нам жить. Места у нас много. Лес не против.