Читаем Экипаж. Команда полностью

Ладонин в сопровождении двух телохранителей (кажется, это были Дюша и Арнольд) и незнакомого Нестерову мужика возникли буквально через минуту, однако факту их столь оперативного появления бригадир не удивился. События сегодняшнего вечера развивались с такой калейдоскопической быстротой и непредсказуемостью, что Александр Сергеевич вполне мог допустить, что сейчас здесь возьмет и нарисуется, к примеру, черт с рогами. Почему бы и нет? Кто еще, кроме него, мог закрутить подобную чертовщину?

Однако к случаю с Ладониным черт никакого отношения не имел. Игорь, которому не довелось поучаствовать во вчерашней обработке Олега Моромова, сегодня решил получить хотя бы эстетическое удовольствие от созерцания картины ареста Ташкента. С этой целью подручные Ладонина договорились с охранником офисных помещений, расположенных на втором этаже здания метрополитеновской станции «Лиговский проспект» о краткосрочной аренде небольшого «зрительного зала». В начале девятого Ладонин с двумя телохранителями приехали на место, и охранник проводил их в пустующий по причине субботы офис с большими окнами, выходящими прямиком на «Райский ад». С этой точки они и следили за происходящими событиями, а когда между «грузчиками» и Дроновым завязалась драка, Ладонин дал своим команду вмешаться и помочь. Дюша и Арнольд, предвкушая милую их сердцам забаву, бросились на выход, однако выскочить из офиса оказалось делом затруднительным: уходя, идиот-охранник неосторожно захлопнул за собой металлическую дверь, которая открывалась только снаружи. Попытки достучаться и вызвать его ни к чему не привели – вахта находилась на первом этаже. В конечном итоге телохранители проявили богатырскую удаль и вышибли массивную металлическую дверь, однако, когда они выскочили на свет божий, в драку уже вмешались менты. И это был как раз тот самый классический случай, когда «двое дерутся – третий не мешай».

Ладонин удивленно остановился у тела Ташкента, брезгливо ткнул его носком лакированного ботинка и с плохо скрываемой радостью прошептал: «Ну что, Ташкент? Вот и свиделись. Жаль, не я тебя угостил, сучонок ты азиатский», – после чего подошел к Нестерову. Дюша и Арнольд остались стоять чуть в отдалении от них со спокойными, ничего не выражающими лицами: подумаешь, мужика задавили – они в этой жизни и не такое видали.

– Это все, что ты можешь сказать по поводу увиденного? – нервно спросил Нестеров.

– А что тут еще скажешь? Высший класс… Могу еще спасибо тебе сказать.

– Спасибо потом скажешь, сейчас Полину надо отмазывать.

– Свидетели есть?

– Вроде нет. Разве что из окон могли видеть… Извини, Игорь, сейчас на звонок отвечу.

Звонил Серпухов.

– Сергеич, твою мать, ты куда делся? Твоих грузят и сейчас повезут в одиннадцатое… Отморозки полные… Прикинь, меня элементарно послали, причем вкупе с родным отделом и родным Управлением. И кто? Сопливый сержант! Куда этот мир катится…

– Леха! Я потом объясню тебе, куда катится мир, – а сейчас давай бегом на Заслонова. У нас тут полный пиздец.

– А разве полнее бывает?

– Бывает, уверяю тебя. Давай подруливай – сам посмотришь.

Серпухов появился на месте практически одновременно с Камышом.

Пока Леха приходил в себя от представшей его взору картины, Нестеров и Женя перекинулись парой фраз:

– Отвез?

– Да.

– Где?

– Круглосуточный бар «Балтика» на Московском вокзале.

– Как она?

– Нормально. По крайней мере, любая другая баба на ее месте вела бы себя гораздо хуже. По-моему, она уже решила для себя, что теперь у нее одна дорога – на зону.

– Ну это еще бабка надвое сказала… Лех, ну чего там? – обратился Нестеров к Серпухову, который, присев на корточки, разглядывал тело Ташкента.

– Все, спекся Ташкент. Слушай, Сергеич, прикури мне сигарету, а то я все руки в крови перемазал.

– На, держи.

– Гран мерси, – поблагодарил Серпухов, вставая, и с наслаждением затянулся. – Лихо она его, ничего не скажешь.

– Чего делать-то будем, а, розыск?

– Будем запускать дурочку. Подожди, сейчас я один звоночек организую, – с этими словами Серпухов отошел в сторонку и принялся кому-то звонить. Тем временем Камыш, ничего никому не объясняя, полез в салон «лягушки».

– Порядок, Сергеич, – довольно сообщил Леха, закончив разговор. – Сейчас дознаватель из Выборгского ГИБДД подъедет: он как узнал, что Ташкент кони двинул, ажио водкой подавился. Я его в глубине души понимаю – такой глухарек, и самоликвидировался. Не каждый день подобное счастье выпадает.

– Пока твой дознаватель подъедет, здесь уже будет до хренища других ментов. Типа тех, которые своих же дубинками гасят, – хмуро сказал Ладонин. – Хватит уже фигней страдать, дело надо делать.

– Ах да, извини, я вас не представил, – спохватился Нестеров. – Игорь, Алексей. А это… Женя, где ты есть?

– Здесь я, – отозвался Камыш, вылезая из машины с какой-то тряпкой в руках.

– Ты чего там делал?

– Пальцы вытирал. На руле, на коробке, на ручках…

– Ч-черт… Как же это я сам не допер? – опечалился Нестеров. – У меня ведь даже дочка этот анекдот знает…

– Какой? – спросил Леха.