Читаем Экипаж. Команда полностью

– А с такой, что я тебе сейчас глаз на жопу натяну. Понял?… Ну, слышь, ты, комсомолец, соображай быстрее. – Дронов попытался резко схватить Павла за предплечье, однако Козырев оттолкнул его и сделал шаг назад, наткнувшись спиной на витрину. Дальше отступать было некуда. Козырев приготовился к худшему, но в этот момент к ним подскочил Лямка.

– Чего у вас тут?

– Пшел отсюда, – даже не оборачиваясь, через плечо бросил ему в ответ Дронов.

– Паша, что происходит?

– Кореш твой? Или коллега по работе? – неожиданно хохотнул Дрон, достал из поясной сумочки мобильник и снова набрал Ташкента.

21.13. Дрон, Ташкент.

– …Слушай, их тут уже двое. Видишь?… А второй что – тоже мент?

– Да, – почти заорал Ташкент.

– Значит, говоришь, тоже мент, – как ни в чем не бывало продолжал Дрон. – Этот, который белобрысенький, наверное, его начальник. Ишь как строго зыркает! А если я этому «начальнику» сейчас нос сломаю, первый чего доброго еще и огонь откроет? На поражение? Как считаешь? Но с другой стороны, ты же знаешь: мент – это клад, который следует держать в земле. Кажется, так говорят, а, Ташкент?

– Ты мне надоел, Дрон. Я сделал все, чтобы тебе помочь, но ты меня достал. Выпутывайся, как знаешь. И больше мне не звони – когда будет нужно, я сам тебя найду. Понял?

– Да пошел ты. Тоже мне – деляга с пердиловки.[89]

Дронов раздраженно убрал телефон и обвел глазами «грузчиков».

– Значит, так, пацаны. Давайте-ка оба быстренько сдристнули с глаз моих, и чтоб я вас больше никогда не видел… Да, и передайте своим мамашам, что сегодня у вас был второй день рождения.

– Вы сейчас пойдете с нами, Дронов, – твердо сказал Паша. – И не вздумайте снова делать резких движений – микрорайон оцеплен, за нами наблюдают. В ваших же интересах вести себя спокойно.

– Да что ж за день сегодня такой, а? Все хотят меня развеселить, а мне почему-то ни хрена не смешно? Ты случайно не знаешь, почему так? – глумливо спросил Дрон и сделал маленький шажок вперед.

Это движение заметил Лямин и закричал:

– Стоять! Работает ОПУ!

– Это ж какая тут ЖОПУ работает? – Дрон чуть повернул корпус вправо, делая вид, что хочет обернуться к Лямке, и в ту же секунду резко, от бедра, выбросил кулак, угодив прямо в переносицу Козыреву, который от этого удара буквально влетел в витрину.

Недолгий Пашин полет, закончившийся приземлением на Джеймса Бонда, сопровождался грохотом разбитого стекла и падающих витринных стеллажиков с пластмассовыми (хоть в этом повезло!) полочками. Помимо людей, стоящих на остановке, и работников «Титаника» с застывшими лицами, этот грохот привлек внимание еще двух заинтересованных лиц – Ташкента, который продолжал следить за Дроновым из своего наблюдательного пункта, и Ольховской. Вопреки полученным инструкциям, Полина не закрылась в салоне «лягушки», а стояла рядом с ней, озираясь по сторонам и ежеминутно посматривая на часы: сути происходящего на протяжении последнего получаса она не понимала, но догадывалась, что с их операций происходит, мягко говоря, какая-то хрень.

Отсюда, со стороны Заслонова, заварушка «грузчиков» с Дроном ей была не видна, однако, услышав звон разбитого стекла, она интуитивно поняла, что это именно с ее ребятами что-то случилось.

Полина выбежала на Лиговку и увидела, как Паша Козырев из последних сил пытается подняться и выбраться из-под груды осколков стекла и коробочек с видеокассетами, чтобы прийти на помошь Лямке, который намертво вцепился в ноги Дронова. А тот все никак не мог оторвать от себя обезумевшего Ивана и с остервенелой методичностью раз за разом наносил ему удары по голове. Ольховская в ужасе рванулась в кабак и, найдя Нестерова, бросилась к нему со словами:

– Там… там ребят бьют.

Как по команде из-за стола одновременно подорвались все четверо, однако Серпухов уже на бегу коротко бросил своим:

– Сидеть… Ждать…

Леха выскочил на улицу первым, за ним Нестеров и Полина, которой бригадир приказал немедленно бежать к машине и больше не выходить из нее ни при каких обстоятельствах. А между тем мизансцена у магазина изменилась кардинальным образом – добавились новые участники, прибывшие к месту событий на уазике с бортовой надписью «11 отдел милиции Фрунзенского РУВД». Теперь, помимо Козырева и Лямина, почувствовать себя не в самой уютной шкуре избиваемого довелось и Дрону. Заметив приближение милицейской сирены, он попытался активизировать процесс избавления от балласта в виде прилипшего к нему Лямина, однако Ваня вознамерился стоять (вернее, лежать) до конца. Прибывшие менты мгновенно просчитали обстановку и, поняв, что от измочаленных «грузчиков» какой-то опасности ждать не приходится, сосредоточились на нейтрализации Дронова. А он был тот еще кабан, к тому же зело страшный во гневе! Поэтому менты поступили благоразумно и предварительно опрыскали его «черемухой», при этом, понятное дело, перепало и Лямке. Ну а затем на моментально расплакавшегося и расчихавшегося Дрона обрушились карающие мечи революции, в данном случае представленные джедайскими ПР-70.[90]