Читаем Эхо Антеора полностью

В том, что Хартис тут важная птица, сомнений не оставалось. За недолгое время, пока Лу приводила себя в порядок, многие пытались снискать внимания электа – и то были уже не пустоголовые каурские клиенточки, а ответственные лица и высокие чины. И пускай основное внимание мужчины было обращено на Лу, оно походило на хлопоты наседки над малолетним чадом. Девчонка прекрасно понимала, что обижаться на чрезмерную опеку хозяина – такое же ребячество, как и кидаться в него пряниками; с другой стороны, раз уж с ней, Лу, обращаются, как с ребенком, так почему бы не вести себя соответствующе? Конечно, она немного окосела от вина и может промазать – случайно попадет в рыжую шаотку, а та в ответ пустит волшебную стрелу ей в глаз…

– Лучик мой, все в порядке? – спросил Хартис, когда Рорис скрылась в том же направлении, где и стратегик, и ласково потрепал девчонку по щеке. – Прости, что заставил ждать. Нам надо к западной арке – думаю, Нами там…

– Хочешь? – Лу протянула ему пряник, которым так и не решилась в него запустить. И удивленно вскинула брови, когда мужчина отрицательно покачал головой. – Серьезно? А ты точно… мой хозяин? Тот никогда не отказывался от сладкого…

– Я больше не твой хозяин, – вздохнул Хартис, – а ты больше не рабыня.

Он опустил руку девчонке на плечо, направляя по одной из дорожек. За прошедшее время лагерь значительно опустел: большинство воинов укрылись в палатках со светящимися орнаментами. Однако кое-где все еще можно было заметить движение оживших каменных и деревянных истуканов – конструктов, как их здесь называли, – а по дорожкам продолжали сновать небольшие группы людей в гражданском, которые в руках или с помощью незримой силы перемещали ящики с припасами и провизией или гнали запряженные диковинными скакунами повозки.

– Ох, прости, – спохватилась Лу, когда одна из таких групп прошла совсем рядом, с благоговением поглядывая на электа, и понизила голос: – Мне, наверное, не стоит здесь упоминать, что ты был моим хозяином? Это может испортить твою репутацию…

– Прекрати. Дело вовсе не в репутации. Просто я искренне надеялся, что за то время, пока жила одна в Кауре, ты успела свыкнуться с мыслью о собственной свободе.

– За полдня-то? – фыркнула Лу, походя отправляя неприкаянный пряник себе в рот.

– Что значит – за полдня? – остановился Хартис, разворачивая ее к себе. Торопливо прожевав пряник, девчонка ответила:

– Ну ты же рано утром ушел? А я проснулась поздно, увидела, что тебя нет, собрала кое-какие вещи и поехала следом. Ты… только не обижайся, ладно? В общем… я думала, что у тебя обострение проблем с головой случилось и ты просто побрел, куда глаза глядят. Но ты пошел пешком, и я решила, что на лошади успею тебя нагнать…

– И что было дальше?

– Я добралась до стены. Тамошние стражники ко мне пристали, но шани Ниджат их осадила. Большая удача была ее встретить. Потом мне дозорный сказал, что ты вышел через ворота, ну и я тоже через них выехала и отправилась по тракту. Ехала весь день, а потом туман напустило. И мне захотелось спать… А потом я тут проснулась.

Хартис непонимающе глядел на нее, сдвинув брови.

– Ты уверена, что ничего не путаешь?

– А что тут путать? Я вот только ничего не помню, что было между тем, как там уснула и как тут проснулась…

– Ты знаешь, сколько времени прошло с тех пор, как я вернулся в Реверсайд?

– Ну да, слышала. Три месяца вроде. Так Матиас сказал…

Лу понурилась, вспомнив о похоронах, но Хартис не позволил ей погрузиться в грустные воспоминания, потому что продолжал твердить:

– Нет, ты пойми: ни один человек не смог бы выжить на Распутье столько времени, ведь там нет ни воды, ни пищи.

– Ну я, наверное, смогла, – развела руками Лу. – Старый хозяин всегда повторял, что я живучая, как собака…

Их разговор прервал крик, похожий на орлиный. Из-за ближайшего поворота пружинящими прыжками выскочил грифон – точь-в-точь такой, как на ширме в шатре электов. Его наездница, завидев Хартиса, радостно воскликнула:

– О, вот и вы, элект-медведь!

Она резко затормозила прямо перед ними и спешилась. Девчонка хотела прикоснуться к крупной орлиной голове ее скакуна, который казался куда дружелюбнее крылатых львов с жалом на хвосте, но нутром ощутила, как напрягся хозяин. Голос, с которым мужчина обратился к незнакомке в ответ, был тоже исполнен холодного официоза:

– Советница Ясмин?

– Все нормально? – доброжелательно поинтересовалась та, не обращая внимания на тон Хартиса. Она была облачена в замысловатое одеяние песчаного цвета и с ног до головы увешана побрякушками и амулетами, но на плече у нее тоже красовалась нашивка с огненной птицей. Шаоткой она не была, и, несмотря на светлую кожу и волосы, люмеркой тоже. Арканы, так называют этот народ, вспомнила Лу.

– Да, а у вас?

Блондинка с любопытством стрельнула глазами на девчонку, и Хартис как бы невзначай качнулся на полшага в сторону, загораживая ту плечом. Аркана улыбнулась, снова переводя взгляд на электа; ростом она была примерно с Лу, поэтому ей тоже приходилось при этом запрокидывать голову.