Читаем Эхо Антеора полностью

Эден был разделен на множество зон, и на каждом острове царил свой климат: жгучие тропики сменялись заснеженными холмами, песчаные дюны и пустынные каньоны – тенистыми лесами, озерами и болотами. Остров, к которому держали курс химеры, представлял собой долину широкой реки, закольцованные воды которой бурлили бесконечным бирюзовым потоком. Сказочные луга, покрытые травой и цветами самых сочных оттенков на внешнем берегу, на внутреннем теряли цвет, сменяясь мертвой, сухой, растрескавшейся землей, в самом центре которой зиял огромный котлован. А над ним, объятая вихрящимся маревом, расколотая и треснувшая в нескольких местах, левитировала прозрачная сфера, столь исполинская, что у издалека завидевшей ее Лу перехватило дыхание. Отстав от химер, которые направились к сфере, она приземлилась на внешнем берегу реки, задаваясь вполне резонным вопросом.

При чем тут вообще «Игла»?

Даже со своего места, находясь в нескольких километрах от артефакта, она чувствовала пульсацию и пробирающий до костей беззвучный вой. Стараясь игнорировать их, она призвала зеленую ауру, вновь принимая обличье орфы. После долгого отсутствия физические ощущения вернулись, всецело окутывая ее, и это было непривычно и странно, но приятно. Она разделась догола, с наслаждением прошлась босиком по лугу и прибрежным камням, чувствуя каждую неровность почвы ступнями и ласковые дуновения ветерка всем телом, и погрузилась в теплые, словно парное молоко, кристально чистые воды реки. Она испытывала необходимость не только отдохнуть после долгого перелета, но и смыть с себя кровь, грязь и неудачи вчерашнего дня. Когда она погрузилась с головой, дар Русалки сам пришел ей на выручку, позволяя дышать под водой и улучшая видимость вокруг. Легко справляясь с течением при помощи шести рук, Лу добралась до самого дна и легла на покров из водорослей, как на перину, сквозь толщу воды наблюдая за тем, как в вышине небес неспешно ползут тонкие рваные облака.

Спустя несколько минут она вышла из реки, обновленная, и отряхнулась по-звериному, разбрызгивая воду с волос и крыльев и размышляя о том, что освоила все дары, кроме двух. Дар Дракона, который применялся лишь к другому живому существу, был Лу сейчас без надобности, но вот дар Шамана, напротив, мог бы сослужить ей хорошую службу. Еще завидев зловещий чаройтовый колосс посреди долины, Лу поняла, что ее идея насчет сожжения артефакта была совершенно несостоятельной. Ей нужен был новый план действий, и заглянуть для этого в будущее казалось более чем разумным решением.

Но на текущий момент у Лу, обсыхавшей на усыпанном цветами лугу под согревающими лучами солнца, не получалось призвать этот дар. И потому у орфы не возникало иных идей, кроме как изучить сферу вблизи с надеждой отыскать там подсказки. Может, она понапрасну ломает голову и в артефакте, как в реверсайдских конструктах, имеется рычаг, один поворот которого остановит его работу?

Лу усмехнулась, натягивая хитон и туфли. Даже отыскав такой рычаг, она не решилась бы за него потянуть.

Потому как это было бы подозрительно просто.

Она вновь обернулась химерой и взмыла в воздух, пересекая реку. На фоне иссохших безжизненных полей были слабо различимы группы диковинных черных цветов, что сплошь укрывали некие выступы на земле. Спустившись ниже, Лу приняла материальную форму и скользнула над дрожащими лепестками, чтобы понять, что это вовсе не лепестки, а крылья; сотни бабочек вдруг взмыли вверх и начали хаотично метаться перед ее взором, заполоняя собой пространство, превращая все вокруг в одно трепещущее черное полотно. Лу поспешила вновь принять бесплотный облик, с содроганием осознавая, что облепленные ноктюрнами выступы были прозрачными скелетами – частично человеческими, частично звериными, – облаченными в рваные лохмотья, что некогда являлись одеждой.

Демон был прав насчет костей. Но по некоторым признакам останки не выглядели так, будто просто разложились, подумала Лу, сравнивая их с трупами животных, которые видела ранее. Вся их плоть и внутренности словно в одночасье обратились в прах, оставив лишь скелеты… Должно быть, в момент взрыва артефакт как-то повлиял на чаройтовые кости орфов, что и стало причиной массовой гибели, лишив этот народ любой возможности уцелеть благодаря дарам.

Но ведь у ангелов должен был иметься и дар Шамана, так? Неужели никто из них не предчувствовал трагедии, которой суждено было здесь случиться? Или Лу была не единственной орфой, чье предвидение подчинялось воле случая?

По мере ее приближения к артефакту пульсация становилась все сильнее, а пронзительный беззвучный вой все отчетливей и парадоксальней. Хотя Лу находилась в бесплотной форме, ее сознание функционировало по старинке и услужливо сообщало хозяйке, что будь у нее сейчас тело, она бы ощутила, как оно дрожит, как внутренности готовы вывернуться наизнанку, а сердце в груди выписывает кульбиты. И все же, собравшись с духом, юная орфа мужественно устремилась вверх, облетая артефакт, на фоне которого казалась крохотной букашкой.