Читаем Джемс Кук полностью

Волновала мысль, что французы первыми достигнут Южной Земли, мерещилось знамя с золотыми лилиями и якорями, водруженное на высокой скале. Кук просил англичанина Брандта, в доме которого остановился, похлопотать о скорейшей доставке продуктов. Услужливый соотечественник, давнишний житель Капштадта, знающий все и всех, бывший в лучших отношениях с местными властями, пустился в разыскивание нужных людей и всячески способствовал снабжению экспедиции. «Он поспешил с хлопотами, в то время как матросы на борту чинили снасти и плотники конопатили бока и палубы судов». Заново выкрашенные корабли стали такими же, как в день ухода из Плимута.

Натуралисты рьяно принялись за свою «охоту». Страна была полна новых никогда не виданных интересных экземпляров животных и растений. Георг Форстер жалуется, что за недостатком времени они не успели обследовать глубь страны, где водятся такие редчайшие животные, как гну и дикий буйвол.

Колонисты-немцы, голландцы и французы занимаются земледелием под неустанным контролем хозяина страны — Ост-индской компании, вершащей суд и расправу и устанавливающей свои законы. Запрещение селиться в близком друг от друга расстоянии, обложение тяжелыми налогами, всякого рода запрещения и ограничения снижают продуктивность хозяйства, не дают колонистам усовершенствовать и развивать обработку хлеба и винограда. Распухают карманы губернатора, получающего десять долларов с каждой сотни галлонов вина, не считая жалованья, домов, садов и прочего; вице-губернатора, начальника полиции, занимающегося сыском и других высоких чиновников — членов совета, управляющего страной.

Георг Форстер думает, что если бы страна принадлежала республике Соединенных провинций, то достигла бы изобилия и расцвета, чего не может быть при настоящем ее положении:

«Купеческая Компания находит больше выгоды самой владеть землей и прикрепить к ней колониста из опасения, чтобы он не стал слишком богат и слишком силен».

Туземцы-готтентоты ушли в глубь страны. О них знают мало и мало ими интересуются. Племена бушменов, кочующих поблизости, полудиких, живут охотой и кражами. Колонисты не дают им права иметь скот, в изобилии пасущийся на необъятных лугах. Это не люда, полуживотные, годные для работы. Голодный дикарь охотно идет к фермеру-колонисту и становится рабом, вьючным животным, сторожевым псом, охраняющим стадо, даровой рабочей силой. Вся жизнь колонии вертится вокруг торговли вином и хлебом, экспортируемым в Батавию и Европу. Голландский купец — король Капштадта: он регулирует рыночные цены, то есть всю жизнь области.

Малайцы, бенгальцы, негры, готтентоты, жители знойных островов и холодных гор должны повиноваться «мирному» завоевателю, отнявшему их родные земли. Против пушек и ружей «цивилизованных» европейцев бессилен деревянный щит туземца. Голландские купцы перенесли в Капштадт и свои кирпичные дома и каналы, обсаженные деревьями, перенесли и нетерпимость к чужой вере. Лютеранским священникам запрещено совершать богослужение, отправляемое случайно датскими и шведскими священниками, приезжающими с кораблями. А до веры и обычаев работ никому нет дела, это пустяк, о котором и думать нечего.

Пока натуралисты объезжают окрестности, охотятся за птицами, ловят змей и ящериц, пока Ходже пишет виды города и мыса, офицеры развлекаются констанским вином и услужливыми колонистками. Кук с утра до вечера следит за работами в доке, за питанием экипажа, за подвозом продовольствия. Отдых заключался в визитах официальным лицам и крупным купцам, развлекавшим иностранного капитана вечерами, танцами и игрой на лютнях, в чем их жены и дочери были мастерицы, прогулками в красивых садах и обильными ужинами с чудесными винами лоз, привезенных когда-то из Персии, Бургундии и Мадейры. Но и визиты делались, главным образом, с целью ускорить отъезд: от всех этих лиц зависели и починка кораблей и подвоз продовольствия.

За три недели, проведенные на берегу в домашней обстановке гостеприимного Брандта, Кук еще больше сошелся со своими спутниками. Ученые, стоявшие значительно выше его по образованию, чувствовали необыкновенную силу его способностей, невероятную интуицию в вопросах науки. Он точно, кратко и ярко выражал свою мысль, знания, приобретенные чтением и опытом, были глубоки и основательны. Деревенский мальчишка, чумазый юнга с угольщика вырастал в большого человека.

Кук сжился с Форстером-отцом, и, несмотря на «чудачества» профессора, между ними ни разу не произошло никаких столкновений. Видимо обоюдная вспыльчивость обезруживала их, а быстрая отходчивость и обаятельная доброта Кука побеждала неуживчивого ученого. Любовь к науке мирила их окончательно и делала друзьями. Когда Форстер встретил в Капштадте доктора Спармана, ученика знаменитого Линнея, он уговорил Кука взять его с собой. Спарман был швед, и Кук вначале упорно отказывался взять на борт подданного иностранного государства.