Читаем Дочь генерала полностью

— Правильно, не обязаны. Но я просил вашей помощи, чтобы раздобыть эту информацию.

— Я позвоню, когда у меня что-нибудь будет.

Синтия сунула мне листок бумаги, на котором написала: «Его прослушивают».

Я кивнул ей. Голос Карла и вправду звучал как-то странно.

— Карл, скажите — на вас наседают?

— Наседать не наседают, но все двери захлопываются перед самым моим носом. Действуй без этой информации. Меня заверили, что она тебе не нужна.

— Понятно. Спасибо.

— Завтра или послезавтра увидимся.

— Поскольку моя просьба не обременяет вас, может, устроите административный отпуск мне и мисс Санхилл и зарезервируете авиарейс куда я захочу с открытой датой?

— В Пентагоне будут счастливы.

— И, пожалуйста, выкиньте эту долбаную бумагу насчет выговора. — Я повесил трубку.

— Объясни, пожалуйста, что происходит? — спросила Синтия.

— Похоже, мы открыли ящик Пандоры, вытащили оттуда банку с червями и кинули ее в осиное гнездо.

— Как-как? Повтори.

Повторять я не стал, а сказал:

— От нас все открестились. Ну да ладно, справимся одни.

— Ничего другого нам не остается. Но что все-таки случилось в Уэст-Пойнте?

— Карл уверяет, что это не имеет прямого отношения к убийству.

Синтия помолчала.

— Последнее время я вообще в нем разочаровалась. Никогда бы не подумала, что он даст задний ход.

— Я тоже.

Мы поговорили еще несколько минут, стараясь придумать куда еще сунуться, чтобы получить доступ к архивам Уэст-Пойнта. Потом я бросил взгляд на часы.

— Ого, пора ехать на Бетани-Хилл.

Мы уже собрались идти, как раздался стук в дверь, вошла специалист Бейкер с листом бумаги в руках и села на мое место.

— Присядьте, Бейкер, — сказал я саркастически.

Она глянула на нас и ответила спокойным, уверенным тоном:

— Вообще-то я не Бейкер, а уорент-офицер УРП Кифер. Я нахожусь здесь два месяца по тайному заданию полковника Хеллмана. Разбираю заявления о нарушении правил дорожного движения — мелочевка и не имеет никакого отношения к полковнику Кенту и к убийству. Полковник Хеллман приказал мне поступить в ваше распоряжение в качестве секретаря-машинистки.

— Значит, вы шпионили за нами?! — воскликнула Синтия.

— Не шпионила, а помогала. Так всегда делается.

— Все равно мне это не нравится, — сказал я.

Специалист Бейкер, или уорент-офицер Кифер, сказала:

— Понимаю, но полковник Хеллман весьма озабочен. Дело ведь взрывоопасное.

— Полковник Хеллман повел себя некрасиво по отношению к нам.

Она пропустила мое замечание мимо ушей.

— За два месяца чего только я не наслушалась о полковнике Кенте и капитане Кемпбелл. Я уже рассказывала вам об этом. Но ничего о нем не докладывала — не люблю зря порочить людей. Он всегда выполнял свой долг, да и чем я располагала? Только канцелярскими сплетнями? Теперь я вижу, что они имеют прямое отношение к делу.

— Отношение имеют, но это свидетельствует разве что о непроходимой глупости Кента.

Мисс Кифер пожала плечами и подала мне листок бумаги.

— Несколько минут назад мне позвонили из Фоллз-Черч и приказали открыться перед вами и принять сообщение по факсу. Вот что пришло.

Сообщение было адресовано мне и Санхилл через Кифер, на нем стоял гриф «Только для прочтения».

"Относительно сведений из Уэст-Пойнта. Как сказано по телефону, материалы либо засекречены, либо вообще отсутствуют. Устные расспросы тоже не дали результатов: никто не пожелал говорить на эту тему. Мне удалось, однако, связаться с бывшим сотрудником УРП, который в означенный период работал в Уэст-Пойнте. Тот человек согласился информировать при условии сохранения полной анонимности и сообщил следующее.

Во время летних каникул между первым и вторым курсами кадет Кемпбелл несколько недель проходила лечение в одной из частных клиник. По официальной версии ее госпитализировали после несчастного случая, происшедшего в ходе ночных учений в Форт-Бакнере. Мой источник утверждает, что на другой день из Германии прилетел генерал Кемпбелл.

Из разговоров с разными людьми мой источник составил следующую картину происшедшего.

В августе во время ночных учений кадеты прочесывали лес. Случайно или по чьему-то умыслу Энн Кемпбелл оказалась одна в группе пяти-шести мужчин — кадетов или военнослужащих из Восемьдесят второй воздушно-десантной дивизии, которая участвовала в маневрах. Они раздели кадета Кемпбелл, с помощью кольев от индивидуальных палаток распяли на земле и по очереди изнасиловали. Что случилось потом — неясно, вероятно, ей угрожали расправой, если она донесет о случившемся. Насильники скрылись. Личности их не установлены, поскольку лица у них были выкрашены камуфляжной краской и было темно. На заре она явилась в место расположения вся растерзанная и в истерике. Кемпбелл поместили в госпиталь имени Энн Келлер, где ей была оказана лечебная и психологическая помощь. Медицинские заключения не содержат указаний на сексуальное надругательство. По прибытии генерала Кемпбелла ее перевели в частную клинику. Никакого расследования по поводу происшествия проведено не было, никто не привлечен к ответственности, и, чтобы не бросать тень на академию, дело было замято.