Читаем До неба трава (СИ) полностью

  Да, теперь он сурагай этого двухвостого, так похожего на нового него народа. Да, великий Эа вылепил его из самой лучшей своей глины и под счастливой звездой. Недаром у осла, по внутренностям которого ему гадали, оказалось два сердца. И неспроста в день его рождения в дом вбежала огромная чёрная собака и принялась лаять на закрытые двери его спальни. Да, теперь он сурагай. Теперь он их бог! И даже если он ударился головой о камень при падении или тронулся умом от постоянных впрыскиваний яда сколопендры, ему всё равно. Он ни за что не покинет это замечательное место и эту новую свою сущность. Нергал был готов с удовольствием жить в этом ином и удивительном мире. В мире, где его тело сильно, могуче, опасно и способно не только вызвать страх, а значит и уважение, но и по-настоящему проливать кровь своих обидчиков. Много крови.... А, кроме того, здесь он, наконец, получил не только сладчайшее чувство чужого страха перед его персоной, но и пьянящее, дурманящее чувство власти. Он не покинет этот мир,... даже если этот мир существовал лишь в его голове.

  А ночью, под треск большого костра и храп куйреков, ему снилась легенда, рассказанная Гадыром. Снилась большая повозка, служившая кровом, и бывшая образом жизни. Снились кони, запряжённые в повозку. Много повозок. Сумерки ночи и знакомая крыша дома невдалеке. Такая же до боли знакомая дорога бежала в обратном направлении тому, в котором он приехали сюда. Его лик - лик луны видел, как повозки одна за другой съезжали с дороги и пропадали без следа. Всевидящее око луны проникало под сень высоких трав и видело страх и непонимание на лицах людей, выходивших из повозок. Видел колдун, как недоумение сменилось ужасом, когда из одной из повозок, той самой, в коей ехал их шаман, вылезло огромное чудовище. Оно было знакомо смотрящему легенду. Две ноги, две руки и голова составляли всё, что осталось от человека. Сегментированное тело, длинный раздваивающийся на конце хвост и костяные косы по всей спине устрашили даже самых храбрых. Люди бежали в разные стороны, побросав свои телеги и хозяйство. Наутро к оставленному скарбу и шаману вернулись лишь немногие. Их встретили разбросанные обломки повозок, остатки их хозяйства, убитые животные и их новый шаман. Сур-Агай, как позднее прозвали его в народе. Шаман вёл оставшихся за собой. Он отбивал нападения крылатых людей, бандитских шаек, защищал от диких животных. Добывал пищу и строил кров. Он предвидел зимнюю смерть в этом новом мире и уберёг своё племя от злой участи. Он нашёл тёплый погреб подле ставшего горою сарая, и основал там своё королевство. Свой Байзур. Свою лайлу. Взамен он требовал подчинения и почитания. Немного, если учесть то, что его народ не бедствовал. Погреб-Байзур был огромным и надёжным пристанищем. Люди стали строить в нём дома и заводить хозяйства. И вот под конец долгой зимы у шамана родилось два сына. Они росли и были похожи на отца лишь длинными раздвоенными хвостами и сегментированными спинами. Шло время, и у шамана появились внуки, точные копии их отцов. И с кем бы теперь не ложились на одр его отпрыски, у женщин тех рождалось исключительно хвостатое потомство. Постепенно людей в народе становилось всё меньше и меньше и, наконец, умер последний человеческий старик. Двухвостое племя стало плодиться и уже не столько занималось разведением хозяйства, сколько предпочитало войну и грабежи. Шаман же прожил очень долго и правил жёстко и жестоко. Но больше всего от него страдали соседние народы и поселения. Война стала основным ремеслом этого народа, народа куйрек. Когда же шаман умер, двуехвостые отплатили ему, поставив огромный статуй посреди Байзура из его же собственного тела, обмазанного толстым слоем глины, замешанной на крови врагов. С тех пор много чего произошло в этом народе. Были смуты, междоусобные войны и братоубийства. Были голод, расселение племён двуехвостов далеко по округе и разделение народа на несколько частей. Так, например, один из сыновей шамана увёл своих людей и основал новую лайлу в колодезном срубе. Были победы и поражения. Но с тех самых пор существует верование в то, что великий сурагай вернётся и вновь поведёт свой народ к завоеванию всего Закрова.