Читаем До неба трава (СИ) полностью

  Они шли до вотчины Гадыра четыре дня. Всё это время Нергал дивился своему новому телу, которое само залечивало серьёзные раны, сжигало яд в крови и казалось неуязвимым. И всё это время он дивился своему миру. Он узнавал его от своих подданных и познавал лично. Эти диковатые, жутковатые и порой крайне жестокие создания, кои называли себя куйреками, а иные народы величали их двуехвостами, сначала были непонятны колдуну и вызывали у него лишь брезгливые чувства. Но вскоре он очень сжился с ними. Куйреки стали ему за эти и все последующие дни друзьями и семьёй. Они были так же чувствительны, влюбчивы, горделивы и тщеславны, как и прочие народы, но только по-своему. Всё у них отличалось от той нормы, которую Нергал привык видеть в славянском мире. Здесь правили мужчины. Сильные, грубые и плодовитые. Стариков и больных не бросали и не гнали, но и в нужде с ними не церемонились. Это тоже была жизнь. А точнее, иная её сторона.

  Правил у них юан Ильдей. Он сидел где-то далеко в погребе, откуда и произошло название "Байзур", и вёл свои дела в основном при помощи своих сыновей. Сыновьям же были отписаны вотчины на опасных направлениях, вблизи с людьми или иными сильными соперниками. Юан Галей собирал дань с сыновних земель и направлял их на набеги, разбои и прочие хитства. И куйреки не смущались. Обчищали и обносили все окрестные селения, до коих только доставало сил. Путники и караваны также страдали от их наскоков. А после долгих и снежных зим, кои каждый из сыновей проводил по-разному, расплодившиеся от безделья и однообразного сидения в зимовьях, куйреки порой объединялись и шли войной на все близлежащие земли и селения, кои только попадались на пути. Юан сам выбирал направление и сам вёл совместное войско. И вот тогда, все попавшие под куйрекскую дубину объединялись, и давали отпор двуехвостой лайле. Бились за жизни своих семей и за свободу своего народа. Иначе можно было самое малое - оказаться на блатном рынке. На том самом, где продают не то, что вырастили, изготовили или смастерили, а то, что украли, награбили или увели в полон. Куйрекам, как и восинам и прочим лихим племенам да народам, на все иные торжища ход был заказан.

  Но Нергал не только слушал истории. Куйреки обучили его навыкам хождения по лесотравью. Они обучили навыкам и приёмам боя с использованием нового хвоста и клещей на его конце. Они обучили колдуна правилам и законам этого мира, который для всех его обитателей звучал одинаково - Закров. А его глаза, его обоняние, осязание и особенно его новое чувство, сосредоточенное на кончике раздвоенного языка, давали ему и собственные впечатления и опыт. Почти все окружающие травы колдун ведал по своей профессиональной потребности и сейчас, вспоминая их малые образы, представлял, как они выглядят в этом мире. Он легко отмечал состав трав, их съедобность и ядовитость. Чуял прошедшую недавно по тропе семью кабанов, и давно лежащего в дальних кустах, большого волосатого зверя, имени коего он даже и не ведал.

  В то же самое время, колдун замечал и запоминал нелюбовь Гадыра и его подданных к юану, и откровенную ненависть к младшему своему брату всегда, когда речь заходила о них.

  - Хитрый старик. - Описывал отца Гадыр. - Злобный и жадный. Власти и золота никому и малость не передаст. Он и тебя убьёт, коли ты, сурагай, на его трон претендовать будешь. Оставайся у меня в городе. Все добрые куйреки, что прознают о тебе, сразу придут поклониться новому своему сурагаю. Ну, а мы-то уж найдём, что им сказать.... Все окружные сёла будут платить нам дань!

  Речи таковые, прекрасно ложились на властолюбивую душу Нергала, словно семена на отлично подготовленную и унавоженную почву. И произрастали там бледными, колючими и ядовитыми плющами. Слова Гадыра горячили кровь колдуна огромными перспективами и, в предвкушении власти, заставляли жестокое его сердце биться чаще. Однако, планы самого Нергала, распространялись куда дальше, нежели обещания Гадыра. Голова нового сурагая кружилась от того, что может колдун теперь содеять, и кем в этом мире он станет.

  Благодаря своему новому телу, этот новый мир был добр к нему. А добрый - значит слабый. Да, этот мир нравился ему. И мир, и его новое перевоплощение в нём.

  А вот "дворец" Гадыра с первого взгляда разочаровал Нергала. То была огромная, и плохо выделанная толстая шкура какого-то животного. Возможно, быка или вепря. Она валялась, сброшенная когда-то сильным порывом ветра с какого-то укрывалища, и теперь, занесённая ветром в самый угол жердевой ограды, лежала огромной, скомканной и заскорузлой грудой. Отряд подошёл к месту только под вечер, колдун встал и, задрав голову и открыв рот, стал смотреть на огромную толстенную жердину, вкопанную в землю одним концом.