Читаем До неба трава (СИ) полностью

  Нергал остановился лишь тогда, когда все его руки были покрыты белым соком растения. Он в немом ужасе посмотрел на ладони и вдруг увидел что-то, похожее на кольцо и надетое на его указательный палец. Да, это было именно кольцо. И он знал, что это за кольцо. Знал, несмотря на то, что теперь размер этого предмета был гораздо меньше реального. Когда-то это кольцо можно было одеть на запястье тонкорукой танцовщице, теперь же оно сидело плотно и непоколебимо на пальце, не сдвигаясь даже в скользком белёсом соке, но и не передавливая его. Нергал много лет подряд изо дня в день видел это кольцо, брал его в руки и открывал с его помощью деревянную крышку, в которую оно было продето. Последний раз он видел его в тот день, когда упал с лошади. Когда открывал клетку со своим любимцем.

  Он в седле... кольцо крышки на пальце... сколопендра ярится... его заклятье сплетено и её жала в его плоти, - стали мелькать в голове Нергала отрывки воспоминаний. - Яд в его крови, и магия входит в мир. Вступает в силу... действует. Но кто-то выскакивает из придорожных зарослей, и заклятье прерывается... силы магии смешиваются... всё идёт не так. И он летит в траву у дороги. Падает прямо на сколопендру.

  Молния осознания пробила его мозг навылет.

  Колдун понял, куда делась сколопендра. Понял... и новый громкий, жуткий, нечеловеческий вопль прокатился по всему Высокотравью. Волчица в ужасе бросилась в чащу, птицы взмыли в закатное небо, звери попрятались в норы и логова, а всё разумное чутко и в страхе прислушалось и помолилось своим богам.

  - Следопыт! - заорал колдун. Дико, бешено, переходя на рокот и хрип. - Следопыыыт!

  Нергал в ярости и бешенстве ударил ножом по стеблю. Клинок прошёл по пустоте, потому что за мгновение до этого огромная коса на плече, рванув молнией, отсекла стебель. Травина повалилась в сторону, а колдун уже повернулся и ударил ножом по соседнему стеблю. Коса вновь опередила клинок, оставив сочиться прозрачным соком свежий, косой срез толстой травины. Нож опять взлетел, и опять коса опередила его. Колдун кидался на травины и размахивал ножом, а огромные косы, взметаясь кнутами, секли и секли всё вокруг. Падали травы, летели листья, рвались стебли, а из сотен срезов сочился пахучий сок.

  Ночь встретила его сидящим на земле. Вокруг стояли скошенные стебли трав, лежали листья, побеги, отростки, всюду было мокро от сока павших под ударами костяной косы. Одежда на колдуне окончательно порвалась и слезла с него, словно шкура змеи. Старая и уже не актуальная шкура. Он сидел обнажённый, в слизи растений и в своей собственной. Да, у него была слизь. У него был длинный и гибкий, сегментированный чёрный хвост, который являлся продолжением точно такой же спины. У него были мощные, размером с кривые ножи, острые клещи на конце этого хвоста. Длинные мощные косы древками вырастали из плеч и сгибались в подвижном суставе, переходя в острое и прочное, как сталь, роговое лезвие. Коса могла сложиться и, оставляя видимыми над плечами лишь острия, легко пряталась за спиной. Точно так же складывались и прочие серпы и косы, расположенные вдоль спины и на хвосте. Конец же хвоста глухо щёлкал роговыми клещами. Его кожа была кожей насекомого. Глянцевой, слизистой и тёмной, с оттенками чёрного в разных местах, и абсолютно безволосой. Даже его любимая и холёная борода, его волосы... осыпались, превратив голову в мёртвый череп. Его язык стал языком сколопендры. Длинный, двоящийся его конец мог безошибочно определять съедобность растений, окружавших колдуна. Мог в ночи распознавать следы зверей, пробежавших здесь днём ранее. Различал торчавшие из земли пни стеблей и завалы скошенной травы. И полностью заменял почти утраченное носом обоняние. Всё это было его, и оно прекрасно слушалось своего хозяина. Нергал немного научился управлять новым телом и подчинил себе свой новый орган чувств. Но присутствовала у него и часть человека. Самое главное - имелась человеческая, его собственная голова. Новый язык сильно изменял речь, но голос и слух остались прежними, как собственно и его не сильно изменившиеся тело и руки. Ноги сильно изменили человеческим пропорциям, и хоть сильно увеличились в размере, сохранили свой знакомый вид. Прежним остался дар великого Эа - разум. Нергал знал и помнил всё, как и прежде. Из вещей, кроме вросшего в плоть пальца кольца от клетки, у него сохранились лишь жертвенный кривой нож в красивых ножнах, да бриллиант в золотой тонкой оправе, висевший на шее колдуна. Этот бриллиант имел очень большое значение в его жизни. Камень высвечивал судьбы властителей, городов, стран, людей, походов, битв. Советовал, как поступить, и помогал в решении сложных задач.