Читаем Дневник историка (2015–2018) полностью

Вчера был в ИРИ. Народу мало. Начал перечитывать монографию Сережи Секиринского и Татьяны Филипповой «Родословная российской свободы». Книга весьма умная и написана великолепно. Вспоминал Сергея. Это действительно невосполнимая утрата для нашей науки. При встрече скажу Татьяне о своих впечатлениях. Просматривал трехтомник Миронова. Трудно себе представить, сколько перекопал материала один человек. Общее заключение к трехтомнику заслуживает особого внимания, ибо разъясняет позицию автора в целом. Однако целый ряд его оценок и априорных утверждений вызывает недоумение.

Новостные телевизионные передачи полны негатива по всем направлениям международной и внутренней жизни: террористические акты, военные конфликты, беженцы, безумие украинских политиков, аресты коррупционеров, мошенников, авантюристов. Жить в этом мире действительно становится неуютно. Сегодня к нам тоже приходили какие-то типы, представившиеся сотрудниками пенсионного фонда. Разыскивают жителей до 46 лет. Даже в США обнаружился какой-то 18-летний жулик, открывший медицинское учреждение и объявивший себя врачом. Тревожные политические и социальные ситуации способствуют развитию психозов. Количество психически неуравновешенных людей быстро растет.


20 февраля

Дочитал книгу Секиринского и Филипповой. Не удержался и позвонил Татьяне, выразив ей свое восхищение. Книга написана с присущими авторам ясностью понимания проблемы и блеском литературного самовыражения. Думаю, что она найдет еще немало подготовленных жизненным опытом читателей, которые серьезно размышляют над проблемами непредсказуемой российской истории. Я уже не говорю о трагических судьбах российских либералов, оказавшихся между крайностями консерватизма и экстремизма, которые не несли в себе будущего. Либерализм в России был буквально раздавлен непримиримой борьбой этих крайностей, выплеснувшихся в подлинную трагедию. Складывается впечатление, что эту книгу вообще не раскрывали либералы 90-х гг. ХХ века, которые, надев на себя маску либерализма, извратили его подлинную сущность, отпугнув от него тем самым последующие поколения россиян. Извращенный либерализм 1990-х гг., который попытались насадить «сверху» в России, сделал «либерализм» бранным словом, оставив о его адептах недобрую память в массовом сознании. В книге показан многотрудный и противоречивый путь генезиса и формирования либерализма в России, что дает возможность читателю поразмышлять о причинах его трагической судьбы.


21 февраля

Вчера в Киеве радикалы громили российские банки и особняк Ахметова. Так они очередной раз отмечали годовщину Майдана. Украинский народ следует пожалеть. Он очередной раз оказался обманутым в своих надеждах. Генеральный прокурор Украины действительно подал заявление об отставке. Однако Яценюк остался на посту премьер-министра и не скрывает своего торжества. Правительственная коалиция в Раде распалась. Идут очередные переговоры о создании нового варианта коалиции. На Украине политическая вакханалия надолго.

Недавно Никита Михалков разразился тирадой, обвинив Горбачева и Ельцина преступниками в развале СССР. Видимо, кто-то эту идею ему подбросил, ибо кто следил за событиями конца 80–90-х гг., тот хорошо помнит позицию Михалкова, принимающего посты и награды из рук названных персонажей. Его авторская передача «Бесогон» рассчитана на критику власти «вслед» и не более того. Социологические опросы последнего времени убедительно показывают, что все большее число респондентов начинает более трезво оценивать роль советского периода отечественной истории. Я уже не раз писал о том, что прошлое, настоящее и будущее представляют собой единую неразрывную ткань человеческой истории. Как тут не вспомнить Чаадаева!!! Нельзя забывать о том, что история результат разнонаправленных деяний Человека, наделенного свободой воли. История отражает все то, что сосредоточено в душах человеческих, проявляемых в их деяниях. А Человек вместилище Добра и Зла, и в разные моменты их соотношение в его душе меняется. Поэтому просто фиксировать человеческие деяния без попытки осмысления душевных порывов не позволяет проникнуть и в суть исторического процесса. Проходят века человеческой истории, а Человек так и не научился накапливать Добро и вытеснять Зло, следуя божественным заповедям. Кажется, что эти заповеди просты и понятны всем, но, увы, следуют им лишь единицы.

Уже сама Природа все чаще и чаще сигнализирует Человеку о том, что его деяния разрушают его среду обитания, что ему следует остановиться и одуматься. Увы, этого не происходит и не произойдет, потому что Человек предпочитает удовлетворять сиюминутные корыстные интересы. Погоня за прибылью, за удовлетворение материальных интересов калечит души людские, уменьшая тем самым в них Добро. В результате Человек собственными действиями расчищает путь к расплате за свои деяния. Остается уповать на милость Творца, который единственный может спасти человечество от погибели. Надеяться же на благоразумие самого Человека не приходится. В этом убеждает вся его история.

Перейти на страницу:

Похожие книги

10 гениев бизнеса
10 гениев бизнеса

Люди, о которых вы прочтете в этой книге, по-разному относились к своему богатству. Одни считали приумножение своих активов чрезвычайно важным, другие, наоборот, рассматривали свои, да и чужие деньги лишь как средство для достижения иных целей. Но общим для них является то, что их имена в той или иной степени становились знаковыми. Так, например, имена Альфреда Нобеля и Павла Третьякова – это символы культурных достижений человечества (Нобелевская премия и Третьяковская галерея). Конрад Хилтон и Генри Форд дали свои имена знаменитым торговым маркам – отельной и автомобильной. Биографии именно таких людей-символов, с их особым отношением к деньгам, власти, прибыли и вообще отношением к жизни мы и постарались включить в эту книгу.

А. Ходоренко

Карьера, кадры / Биографии и Мемуары / О бизнесе популярно / Документальное / Финансы и бизнес
След в океане
След в океане

Имя Александра Городницкого хорошо известно не только любителям поэзии и авторской песни, но и ученым, связанным с океанологией. В своей новой книге, автор рассказывает о детстве и юности, о том, как рождались песни, о научных экспедициях в Арктику и различные районы Мирового океана, о своих друзьях — писателях, поэтах, геологах, ученых.Это не просто мемуары — скорее, философско-лирический взгляд на мир и эпоху, попытка осмыслить недавнее прошлое, рассказать о людях, с которыми сталкивала судьба. А рассказчик Александр Городницкий великолепный, его неожиданный юмор, легкая ирония, умение подмечать детали, тонкое поэтическое восприятие окружающего делают «маленькое чудо»: мы как бы переносимся то на палубу «Крузенштерна», то на поляну Грушинского фестиваля авторской песни, оказываемся в одной компании с Юрием Визбором или Владимиром Высоцким, Натаном Эйдельманом или Давидом Самойловым.Пересказать книгу нельзя — прочитайте ее сами, и перед вами совершенно по-новому откроется человек, чьи песни знакомы с детства.Книга иллюстрирована фотографиями.

Александр Моисеевич Городницкий

Биографии и Мемуары / Документальное
100 Великих Феноменов
100 Великих Феноменов

На свете есть немало людей, сильно отличающихся от нас. Чаще всего они обладают даром целительства, реже — предвидения, иногда — теми способностями, объяснить которые наука пока не может, хотя и не отказывается от их изучения. Особая категория людей-феноменов демонстрирует свои сверхъестественные дарования на эстрадных подмостках, цирковых аренах, а теперь и в телемостах, вызывая у публики восторг, восхищение и удивление. Рядовые зрители готовы объявить увиденное волшебством. Отзывы учёных более чем сдержанны — им всё нужно проверить в своих лабораториях.Эта книга повествует о наиболее значительных людях-феноменах, оставивших заметный след в истории сверхъестественного. Тайны их уникальных способностей и возможностей не раскрыты и по сей день.

Николай Николаевич Непомнящий

Биографии и Мемуары
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ

Пожалуй, это последняя литературная тайна ХХ века, вокруг которой существует заговор молчания. Всем известно, что главная книга Бориса Пастернака была запрещена на родине автора, и писателю пришлось отдать рукопись западным издателям. Выход «Доктора Живаго» по-итальянски, а затем по-французски, по-немецки, по-английски был резко неприятен советскому агитпропу, но еще не трагичен. Главные силы ЦК, КГБ и Союза писателей были брошены на предотвращение русского издания. Американская разведка (ЦРУ) решила напечатать книгу на Западе за свой счет. Эта операция долго и тщательно готовилась и была проведена в глубочайшей тайне. Даже через пятьдесят лет, прошедших с тех пор, большинство участников операции не знают всей картины в ее полноте. Историк холодной войны журналист Иван Толстой посвятил раскрытию этого детективного сюжета двадцать лет...

Иван Никитич Толстой , Иван Толстой

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное