Читаем Девятнадцать стражей полностью

– Он ушел, понимаешь? – Херувим с недоверием покачал головой. – Оставил Белый Престол, оставил Царствие и ушел, бросив легионы преданных слуг, отряды, что Его боготворили и не подвели ни разу. Почему? Почему поступил Он так подло, так жестоко? Как Он мог? Оставил меня! Опору Престола! Херувима чистой крови! Сперва отдал под командование той скверной банде архангелов, а потом – бросил! Презрел мою – и моих товарищей – преданность! Унизил нас! Существ, рожденных у самого рассвета мира, бывших едва ли не ровней Ему! Просто исчез!

Он прищелкнул пальцами.

– А те ангельские гниды весь скандал держат в тайне! Когда бы не случайность, я никогда не напал бы на след правды. Иначе служил бы и дальше, обманутый, не ведающий правды, униженный! Что за позор!

Свернувшийся на полу демон глянул на гордую фигуру ангела. Херувим, похоже, бредил. К тому же он выглядел больным, с дико искривленным лицом, пылающими глазами и волосами, дыбом вставшими вокруг головы. Безумный, охваченный манией величия, вконец рехнувшийся полудурок.

Сплошные проблемы.

– Погоди, – осмелился осторожно спросить Форфакс. – Ты говоришь, что Господь ушел?

– Да! Покинул Белый Престол! Дух Его уже не парит в Царствии. Все замерло. А архангелы пытаются утаить этот страшный факт от остальных Крылатых. Но и для них наступит ужасный конец! Я отомщу. Им и Тому, Кого уже нет, поскольку Он подло дезертировал! Я выстрою новое Царствие! Здесь, на Земле! Страну Тела, Крови и Пота! Прекрасный, материалистический, пронизанный глубоким гуманизмом коммунистический мир всеобщего равенства, социальной справедливости и просвещения! Без одурманивающего дыхания религии, без духовных бредней. Без вздорной болтовни о душе, индивидуальности и личных качествах. Царство Материи, где всякий станет думать одинаково, признавать одно и то же и одно и то же говорить. Мир идеально идентичных социальных классов, собранных в единое целое, тождественных друг другу сознательных элементов единой системы. Долой души! Да здравствуют идеи! Все, совершенно все получат единый запас благ, знания и талантов. Будут равными, словно зернышки песка. Свободными от предрассудков, от так называемой личности, светлыми, сознательными, монолитными. Конец несправедливости во всех ее проявлениях и на всех уровнях. Ни одно человеческое существо не будет лучше или хуже любого другого человека! Наступит тотальное равенство! Прекрасный, насквозь логичный, совершенный рай на Земле! Царствие человека! Для начала я выбрал эту преисполненную тьмой, полную духовности землю, потому что если сумею выбить веру из сознаний и сердец здешних людей, то сумею вырвать ее отовсюду!

«Он безумец, – подумал Форфакс испуганно. – Да, он точно чокнутый».

– Что за ужас, милость Господня! – простонал он искренне, не успев вовремя прикусить себе язык.

Рикбиил обратил на него пылающие яростью глазища.

– Не поминай этого имени! – провыл.

Махнул рукой, и Форфакс, подхваченный непонятной силой, взлетел и грохнулся спиной в стену.

– Дурак! – зарычал херувим. – Ты заплатишь за наглость!

Демон хотел пояснить, что ничего дурного он не имел в виду, что просто вырвалось у него, – но не сумел. Полетел вперед, столкнувшись с письменным столом президента. Угол стола воткнулся ему в желудок, выжимая дыхание из легких. Правая рука, ведомая магической силой, сама всунулась в ящик стола.

– Нет! – завыл демон, но ничего не мог сделать, поскольку совершенно утратил контроль над телом.

И тогда ящик захлопнулся. Форфакс завопил так, что едва не раскололись у него зубы.

– Сила моя безгранична! – рявкнул Рикбиил. – Я сразу тебя увидел. Заблокировал твои малые способности, чтобы ты не сбежал. А теперь пора закончить фарс. Завтра ты с твоими товарищами будешь расстрелян. В борьбе с предрассудками. Прощай, демон. Ты уже покойник.

Форфакс, скорчившись на ковре, тихо стонал, прижимая к груди руку.

* * *

– Сучий херувим мне пальцы сломал, – стонал он бог весть какой раз. – Чтоб его чума скрутила, ублюдка трёхнутого.

В камере царило тяжелое, полное напряжения молчание. Парни глядели на Форфакса с беспокойством. Если Эль Президенте так бесцеремонно обошелся с гражданином Евросоюза, то что ждет их? А если гринго и правда шпион?

При одной мысли об этом у молодежных функционеров бежал холодок по спине.

Демон тоже не был склонен к беседам. Не сообщил остальным о печальной новости. Все равно обделаются от страха, так к чему их преждевременно пугать.

«Интересно, можно ли убить обитателя Бездны из обычного человеческого оружия?» – пришло ему в голову. Может, пули не подействуют на него?

Но сразу же оставил эту пустую надежду. Эль Президенте наверняка позаботится, чтобы единственный свидетель его безумия остался мертвым.

Он тяжело вздохнул. В такой фатальной ситуации он не оказывался со времен, когда сидел в подземельях Пандемониума. «Тогда тоже было непросто, но я как-то вывернулся, – подумал. – Может, и на этот раз случится чудо?»

Мигелито нервно шевельнулся.

– Слышите? – прошипел. – Снаружи. Какие-то шумы и шаги.