Читаем Дети Солнца (СИ) полностью

— Я так больше не могу, — сказал он тихо и зло. — Я видел Кьяртана. Эта мразь, убившая Магду, спокойно ходит по земле и даже шутит. А еще там эта Уирка. Чуть больше месяца прошло — а она, сволочь, на ногах! С этой девочкой, дочерью лагмана. А Магды нет.

Слова сыпались из Флавия как зерна из прохудившегося мешка.

— Там, где у других настоящая боль, настоящая смерть, у золотой молодежи — игра. Они никогда ничем не рискуют по-настоящему, до конца. Они насквозь фальшивые, эти нобили, приближенные к императору. С каким удовольствием я растерзал бы этих кукол!

Он беспокойно заерзал в поисках удобного положения и наконец сел, опустив ноги на пол:

— Невыносимо. Я так сожру себя до язвы. Нет, ну какая поразительная живучесть! Магда и Уирка были в плену, висели на волоске. Но Магда давно в земле, а эта… Видел бы ты, как она смеялась!

Голос его становился всё выше и громче. Маркус наблюдал. Нет, оставлять Флавия здесь нельзя. Брать с собой тоже. Что бы придумать? Наконец он спросил:

— Ты мне уже плешь проел с твоей Уиркой. Сам-то замечаешь, что больше ненавидишь не виновника смерти Магды, а ту, кто здесь ни при чем?

Флавий подскочил и заорал:

— Как ни при чем!

Маркус шикнул на него, и он продолжал тише:

— Как ни при чем? Она всё это затеяла. И вышла сухой из воды. А Магда…

Лицо у Флавия пошло алыми пятнами. Он саданул кулаком по кровати, ушибся о деревянную раму и взвизгнул.

Маркус наставительно сказал под стоны и поскуливания:

— Ох уж эти выдумки столичных нобилей, эта их тяга к вечной любви! Как возвышенно: непроходящая влюбленность! Гарантия сердечного трепета, бурные восторги до последнего вздоха! Если бы не обряд, ваши отношения с Магдой давно закончились бы или перешли в стадию спокойной взаимной любви. Но такая любовь теперешней молодежи не нужна, вы гоняетесь за вечной влюбленностью. За цветением, кипением, восторгами души и тела. Без нексума твоя тоска утихла бы со временем, и ты мог бы снова увлечься. Той же Уиркой, например.

Флавий, баюкавший ушибленную руку, поднял на Маркуса взгляд и замотал головой.

— Ну, а почему нет? — продолжал Маркус, смягчив тон. — Молодая девица с будущим, племянница Ансельма. Живучая и легкомысленная? А что еще надо, чтобы залечить душевные раны? Утешаться следует с людьми легкими и беспечными. Вон как тебя задела эта беспечность. Почему бы не отведать чего-то подобного? Подожди, вот вернемся в империю, у тебя будет из чего выбрать. Ни за что не поверю, что никто не захочет утешить такого как ты.

— Тебе бы все издеваться, — буркнул Флавий.

— Отчего же? Тебе даже не нужно идти в храм, чтобы заключить новый союз. У тебя всё для этого есть: и браслет-медиатор, сонастраивающий души, и достаточный запас Крови Солнца, и жрец под боком. Не хватает только ноблессы, которая желала бы сочетаться с тобой браком на небесах.

Флавий закрыл глаза, прислушиваясь к чему-то в себе.

— Рената, — сказал он наконец, и уголки его губ дрогнули в досадливой гримасе. — Она могла бы согласиться. Она меня любила… Была влюблена.

— А отчего бы и нет? — спросил Маркус. — Я вернусь — и мы найдем способ с ней поговорить.

— Нет, — Флавий наморщил нос. — Нет. А вдруг она и правда согласится?

Он так натурально разыграл ужас, что Маркус рассмеялся:

— А что не так? Говорят, племянница Ансельма — красавица и умница, каких поискать.

— Это правда. Рената даже слишком красива и бойка. С ней рядом будешь выглядеть бледно. И всю жизнь проведешь в тени ее штанов. Нет уж, мне Магды хватило.

— Любит всех строить?

— Любит учить. Слышал бы ты, как она рассказывает о своей кузине. Об Уирке, да. По ее словам, Уирка дня не проживет без опеки. Убьется сразу, если отвести глаза. Рената рассказывала, например, что Уирка сильно боится высоты — и все время лезет на верхотуру, потому что там обзор пошире и вообще так интереснее. А Рената снимает кузину с каждой башни, с каждого дерева. Уирка затевает ссоры и драки по любому поводу. По словам Ренаты, она не помнит, чтобы кузина ходила целая. Вечно либо глаз подбит, либо колено разодрано. Кулаки в кровь и вся в синяках.

Маркус покивал:

— Да-да. То ухо отвалится, то нос. А то руку где-нибудь потеряет… Ох уж эти женщины. Ренате бы детей побольше, чтобы было куда деть заботливость. Зато она не успокоится, пока не поднимет тебя на ноги.

Флавий передернулся:

— Ага. Наставит на правильный путь и протащит по этому пути до самого конца, так что и рыпнуться не посмеешь.

— Тогда Уирка? Вы же расстались почти друзьями? Может быть…

Флавий вскипел:

— Всю жизнь быть привязанным к этой? Благодарю покорно!

— Знаешь, если ты позволяешь себе выбирать и отказываться, значит, дела твои не так плохи. Затаись, перетерпи. А в империи мы что-нибудь придумаем.

Флавий скрипнул зубами:

— Мне нужна Магда. Живая.

— Этого я тебе не обещаю, — сказал Маркус. — Завтра я уеду. Вернусь не скоро: может, через неделю, может, через две. Постарайся в мое отсутствие поменьше общаться с людьми. Помни: от сдержанности зависит твоя жизнь.