Читаем Дети Солнца (СИ) полностью

Он рванулся — и понял, что Магда сидит у него на груди, голая. Попытался сбросить, но она сдавила ему ребра ляжками, ухватила за горло и принялась душить.

Растус был из тех, кто, испугавшись, бьет сразу. Но сейчас он не чувствовал ни рук, ни ног. На каждую попытку повернуться ведьма больнее сжимала хватку — и все шире улыбалась. Он решил, что еще спит. Как вырваться из сна, он знал: умереть. Но так умирать не хотелось.

И тут Магда сказала голосом его старого учителя риторики:

— Ты совсем рехнулся? Даже не сопротивляешься.

Злость заставила Растуса сделать усилие, какого он сам не ожидал. Он вцепился в глотку оседлавшего его существа — и тело Магды рассыпалась сотней мышей. Зверьки разбежались во все стороны. По животу, по лицу, по плечам Растуса. Он вскочил — и увидел, что мыши собираются в темном углу за ложем, стекаются живыми пушистыми каплями в черную шевелящуюся лужу.

А когда они собрались там все, из угла поднялся человек. Высокий, крепкий. На широкой груди блеснули стальные полосы. Пурпурный плащ шевельнулся за спиной как сложенные крылья.

— Не надо, — попросил Растус.

Ансельм шагнул к нему, меняясь так быстро, что лицо и тело его струились, как вода.

— Так лучше? — сказал Арзран.

Следующая его личина была Растусу незнакома: заросшая неровной щетиной плоская морда с толстым пористым носом и мешками под глазами. Лицо забулдыги из отребья. Плечи сгорбились, ноги укоротились. И Растусу даже показалось, что от тела забулдыги идет запах перегара, закисших шкур и давно не мытого тела.

— Да что угодно лучше, чем смерть, — пробурчал Растус, садясь на кровати.

Арзран присел рядышком, локоть к локтю.

— Вот как? Разве ты не искал смерти? — он огляделся по сторонам и добавил: — Есть чем промочить горло?

Растус покосился на него:

— А разве ты питаешься не кровью?

— Говорю же: нет. У тебя в дорожной сумке фляжка с вином. Принеси.

Растус и забыл об этой фляжке. Ему стало жалко вина.

— Знаешь где — сам возьми.

Арзран рассмеялся и встал. Растусу показалось, что он не касается пола, но Арзран сделал два вполне убедительных шага, снял сумку с крюка на стене, вынул серебряную фляжку и вернулся на ложе. Отхлебнул сам и протянул фляжку Растусу.

Растус, содрогнувшись, отпил глоток. И только почувствовав вкус вина, окончательно убедился, что это не сон.

— Ну вот, а теперь, когда мы успокоились, давай обсудим дела, — сказал Арзран. — Скажу сразу: ты жалок. Забился в нору, оплакиваешь чужую бабу. Нексума боишься встретить лицо к лицу.

— Ты пришел говорить о Магде и об Ансельме?

— Мне важно всё, что касается моих подопечных.

— Приведи сюда Ансельма, — сказал Растус. — Увидишь, кто из нас боится встречи.

— Может, тебе еще сопли вытирать? Совсем обнаглели…

— А, так ты только болтать горазд? — Растусу было плевать, божество Арзран или нет. Он сейчас грубил бы самому Солнцу.

Арзран отобрал у него фляжку, поболтал ею, словно выяснял, сколько еще осталось вина.

— Забавно смотреть, как ты пытаешься вывести меня из себя. Ты жалок. Хватаешься то за одного, то за другого. Никто не хочет с тобой играть, а заставить их ты не можешь. Уже не можешь, Растус.

— Да замолчишь ты или нет?

Арзран увернулся от удара, вскочил с кровати. Приложил флягу к губам. Скосил глаза на Растуса, прыснул.

— Ну, попыхти! Ты называешь скогарцев варварами, а сам точь в точь как они. Дед из Ольми, бабка вообще из рабов. Кстати, поэтому я и беседую с тобой, а не с Маркусом. Не переношу ромеев, а ты все-таки не безнадежен.

Растус откинулся назад, прислонился спиной к стене. Похоже, Арзран знает о нем все. Ну и пусть куражится. Может, если не отвечать, быстрее отстанет?

— Черный кинжал ты потерял, — говорил Арзран. — У тебя в руках был Убийца богов, кинжал, способный вытянуть силу из наполненного ею предмета — и человека. Здешние колдуны, кто поосторожнее, с помощью заклинаний собирают силу в предмет, творя себе в помощь маленькое, скажем так, локальное божество. Другие тянут силу в себя — и она преображает их, подчиняет и сводит с ума. Но и такой путь доступен лишь немногим, посвятившим себя тайному знанию. А с черным кинжалом любой профан насосется силы, было бы откуда брать. И такую штуку ты выпустил из рук! Всё упустил и решил сдохнуть. Дело твое, но сначала рассчитайся со мной. С моей помощью ты получил больше силы, чем любой нобиль при посвящении. И можешь стать еще сильнее. Мы соберем силу здесь, а потом в храмах империи. У нас будут адепты, мы станем давать посвящение. Всё как ты хотел. Я буду богом, ты — жрецом.

— Угу, — сказал Растус. — Отличная тактика. Хочешь быть поближе к божеству? Вырасти свое. Нет уж, позволь мне самому выбирать, кому поклоняться.

Физиономия забулдыги расплылась в улыбке: