Обзорная экскурсия подходила к концу и изрядно притомившийся Димка (выспаться нормально ему не дали, подняв с удобного дивана в холле ни свет, ни заря) уже собирался спросить, когда тут обед, когда они остановились перед неожиданным здесь сооружением — новеньким легкосборным купольным ангаром, который экскурсовод назвал "тренировочным корпусом". Новички вошли внутрь — и обалдели: всё пространство ангара занимали ряды разнообразных тренажёров. Чего тут только не было: от вертикальных колёс, вращающихся кресел и мини-центрифуг для тренировок вестибулярного аппарата, до авиатренажёров в виде самолётных кабин и новейших «симуляторов», предназначенных для обучения пилотированию орбитальных аппаратов, вроде сверхмалых «космических буксиров», недавно разработанных по заказу Проекта французской фирмой «Марсель Дассо» в сотрудничестве с американским компьютерным гигантом IBM. Начинённые современнейшей электроникой и многочисленными цветными экранами, устройства эти давали максимально возможный эффект присутствия, для усиления которого, «пилот» в самом настоящем космическом скафандре, мог вращаться на особом рычажном подвеке вместе с вертикальным ложементом — ради возможно более реалистичной имитации ощущений в космосе, включая сюда и неизбежный риск потери пространственной ориентации. У «экскурсантов», ранее не имевших дела с чем-то настолько технически продвинутым, словно сошедшим со страниц научно фантастических романов, эти агрегаты вызвали приступ восхищения. Димка же поглядывал на коллег снисходительно, поскольку уже успел познакомиться с подобными тренажёрами — как раз за полторы недели до его командировки а Артек, он принимал участие в монтаже и наладке точно таких же агрегатов. Ну, «принимал участие» это, пожалуй, громко сказано — был на подхвате, помогая нашим спецам, работавшим с присланными фирмой монтажниками, разобраться в инструкциях и технических наставлениях, составленных на французском языке, который он худо-бедно знал (мама работала учительницей французского в спецшколе), за что и был удостоен возможности немного «полетать» на невиданном приспособлении. И вот теперь невольно подумалось — неужели Командор уже тогда знал о предстоящей артековской командировке — и дал «новобранцу» возможность приобрести полезные навыки?

Узнав об этом Димкином опыте, инженер, растолковывавший «экскурсантам», как работает невиданная техника, немедленно насел на их старшего — и из «тренировочного» эллинга Димка вышел уже не просто вторым вожатым третьего отряда «космической смены», а ответственным за проведение занятий на тренажёрах с детьми. Это назначение поставило его как бы особняком от прочих новичков, и даже старший вожатый поглядывал на него с некоторым уважением — для него, ветерана Артека, эти технические премудрости были тёмным лесом. А если что его и заботило, то лишь одно: как бы юные участники «космических смен» не покалечились, занимаясь на мудрёных установках, а заодно не попортили бы дорогостоящее оборудование. Так что возможность свалить эту обузу на новичка он воспринял с видимым облегчением — и немедленно поволок Димку в административный корпус, подписывать бумаги об ознакомлении с инструкциями по технике безопасности и порядку допуска детей к невиданной аппаратуре. За этими хлопотами новоиспечённый «вожатый-инструктор» не успел даже перенести свой невеликий багаж, состоящий из полупустого абалаковского рюкзака, в предназначенную для вожатого каморку в одной из «дач», как называли небольшие двухэтажные домики на шесть спален, из которых, собственно, и состоял лагерь. Да что там багаж — он и обед ухитрился пропустить, обошёлся бутербродами и оставшимся с ужина омлетом. И опомнился лишь когда от КПП в дальнем конце лагеря донеслись протяжные клаксонные гудки — это прибыла, наконец, из Симферополя колонна автобусов с детьми.

IV