Читаем Демон Монсегюра полностью

Огюст удивился проницательности старика. Впрочем, ничего удивительного, живя в одиночестве, поневоле приходится быть бдительным.

– Да, можно сказать и так… – неопределённо ответил Огюст.

Старик взглянул на свёрток и подумал: «Мерзавец! Ограбил кого-то, видать прилично поживился…»

Огюст сидел на маленькой скамеечке, подставляя поочерёдно бока к огню. Старик достал кувшин, налил какой-то бурды в глиняную чашу и протянул гостю:

– Выпей, согреешься.

– Благодарю, – Огюст взял чашу и понюхал прежде, чем пить, запах иарнгуала он теперь не спутает ни с чем. Он сделал глоток, гортань обожгло, по телу разбежались тёплые ручейки. Допивать напиток не стал, ибо хозяин не вызывал доверия и Огюст понимал, что это взаимно.

– Хорошо бы тебе поесть, – хозяин взглянул на гостя. – Небось, изголодался в пути?

Огюст был голоден и при одном упоминании о еде, сразу подвело живот.

– Да, если можно… Я хорошо заплачу за твоё гостеприимство, – пообещал гость.

– Тогда сходи на чердак, у меня там хранятся вяленые заячьи тушки. Сними одну из них, поедим на славу! Я – старый человек, да и поясницу прихватило от сырости – тяжело подниматься по лестнице.

Огюст, не подозревая подвоха, встал, поправил кинжалы, заткнутые за кожаный пояс, и отправился на чердак за вяленой тушкой. Винтовая лестница, ведущая на чердак, была очень старой и явно давно не ремонтировалась – под ногами всё скрипело, ступени предательски шатались.

Дождь пошёл на убыль. Огюст слышал, как редкие капли барабанили по крыше. Неожиданно на его лицо упало несколько дождевых капель…

«Наверное, крыша прохудилась», – подумал шевалье, невольно посмотрев наверх. Вдруг его взору открылась луна, осветив своим скудным светом наполовину обвалившуюся крышу. Огюст остановился, недоумевая: «И как же в такой сырости можно хранить мясо?! Да и потом через такую крышу на запах могут проникнуть лесные животные…»

Луна скрылась за проплывающими облаками, затем появилась снова. Отливая таинственным фиолетовым светом, она выхватила лестницу, а вернее сказать, полное её отсутствие перед доверчивым гостем. Шевалье с ужасом увидел, что лестница под ногами обрушена, сделай он хотя бы шаг, и тот бы возможно стал последним шагом в жизни.

От неожиданности и страха он издал душераздирающий крик. Стоя на последней ступени, перед чёрной бездной, Огюст понимал, ещё бы минута – и он был бы там, внизу! Шевалье пытался сбалансировать руками, но, не удержав равновесия, покатился вниз, хватаясь за прогнившие ступени.

«Гостеприимный» хозяин, услышав шум наверху, подумал: «Вот и славно! Завтра утром закопаю труп в лесу…» Он взял свёрток гостя и развязал его, перед ним предстала бронзовая статуэтка с рубиновыми глазами.

– Вот так улов! Каков я молодец! Правильно, что отправил этого ряженого проходимца за мясом! Ха-ха! Одни рубины, подумать страшно, стоят целого состояния!

Затем хозяин принялся за кожаную сумку Огюста. Развязав ремешки, он увидел блеск золота и окончательно обезумел от счастья, даже не заметив драгоценной чаши.

– Не рано ли ты присваиваешь моё имущество? – поинтересовался Огюст, неожиданно появившись за спиной добряка-хозяина.

– А-а-а! – закричал в ярости хозяин, уверенный, что гость свернул себе шею, схватил нож и замахнулся на Огюста. – Не отдам, моё!

Огюст вынул из-за пояса кинжал, второй он обронил при падении с лестницы:

– Старик, ты что, совсем рехнулся? Я же зарежу тебя, как зайца, которым ты собирался меня угостить. Брось нож!

Хозяин обмяк, опустил руку, заскулил, как побитый щенок. Огюст опустил кинжал.

– Положи статуэтку! И вытяни руки.

– Зачем тебе мои руки?.. – жалобно поинтересовался хозяин.

– Свяжу. Пока ещё дел не творил.

Хозяин положил нож, послушно вытянул руки и, когда Огюст потянулся за кожаными подпругами, которыми привязывал статуэтку к спине, старик сделал резкий выпад, схватил нож и замахнулся на Огюста. Но молодость, есть молодость, реакция шевалье была мгновенной, он всадил кинжал старику в грудь по самую рукоять.

Огюст приближался к озеру Лох-Несс. Оставался примерно день пути, и путешественник достиг бы цели – замка Инвернесс, поэтому он решил более не прибегать к маскировке. Вряд ли влияние клана Мак Кумала простиралось столь далеко, и опасаться Огюсту было уже нечего.

Хозяин дома, где шевалье попросился на ночлег и обмолвился, что следует в направлении Лох-Несс, посмотрел на него, как на сумасшедшего и отправил спать в сарай.

Утром за умеренную плату хозяйка завернула в дорогу лепёшек и налила молока во флягу. Огюст продолжил свой путь.

Наконец среди холмов показалось озеро Лох-Несс. Замок Инвернесс располагался в северной его оконечности. Огюст направил пони к озеру, по едва заметной, теряющейся в кустах тропинке.

Ранней весной Лох-Несс выглядело живописно. Шевалье, наконец, смог расслабиться, неприятности оставались позади, и насладиться здешними пейзажами.