Таньги без приглашения уселся напротив инквизитора и, приблизив к нему лицо, заговорил слегка дрожащим голосом, словно увиденное им до сих пор внушает ему ужас.

– Как-то в субботу, ближе к полуночи, я отправился на могилу своего брата, что умер в далёком младенчестве. Стою я у могилы моего любимого брата и слёзы глубокой печали капают из моих глазах, и вдруг, – инквизитор при этих словах напрягся, – вижу в воздухе большую птицу. Стояла луна, и, ясно увидел, как нечто, что я принимал за птицу, опустилось недалеко от меня, возле одной из могил. И тут, – Таньги перекрестился, инквизитор вслед за ним, – я увидел, что это вовсе не птица, нет, святой отец, это было отвратительное существо с крыльями за спиной, которое держало в руках младенца.

– Младенца? – вскричал инквизитор. – Продолжай, сын мой.

– На моих глазах существо приняло облик монаха и вместе с младенцем скрылось под могилой. Я вернулся домой и долго размышлял о том, что увидел, и пришёл к мысли…

– К какой же, сын мой? – нетерпеливо спросил инквизитор.

– Существо могло привидеться мне с горя! Инквизитор не скрывал своего разочарования.

– По этой причине, – продолжал Таньги, не давая ему расслабиться, – едва наступила полночь следующей субботы, я вновь отправился на кладбище и спрятался у той могилы, где видел это существо.

– И? – инквизитор вытянул голову, едва не ткнувшись носом в лицо Таньги, который немного отодвинулся назад и продолжал дрожащим голосом:

– Я вновь увидел эту нечисть. Но на сей раз она была не одна!

– Иисусе всемогущий, – инквизитор снова перекрестился, – рассказывай дальше, сын мой.

– Вслед за первым появились ещё и ещё… я насчитал их сотни и все делали одно и то же. Они опускались на могилу и, принимая облик монахов, исчезали.

– Принимают образ служителей божьих? – инквизитор хищно сощурил глаза.

– Да, святой отец, – ответил Таньги и продолжил, буквально заставив оцепенеть инквизитора: – Я сотворил молитву господу богу, моля его указать мне, как следует поступить. Я стоял ночью посредине кладбища у могилы, которая была полна пособниками дьявола, и взывал к господу. И тут…

– Что? – закричал инквизитор.

– Я явственно различил голос, который произнёс:

«Буаленвиль!» А вслед за этим словом поднялся ветер, и крест на могиле, под которой укрылась нечисть, начал поворачиваться, – инквизитор крестился не переставая, я увидел, как могила сдвигается, открывая путь вниз.

– Сын мой, ты можешь указать, где эта могила? – вскричал в сильнейшем волнении инквизитор.

– Разве каждый добрый католик не должен смиренно преклонять свою голову перед святой инквизицией, что является карающей рукой господа? – смиренно спросил Таньги. – Приказывайте, святой отец, и я сделаю всё, что вы скажете.

– Господь вознаградит тебя, сын мой!

Буаленвиль выбежал из своего кабинета, а ещё через несколько минут Таньги в сопровождении инквизиторов направился в сторону кладбища «Невинно убиенных младенцев».

На этот раз Таньги сумел без особого труда найти могилу. Инквизиторы сгрудились возле Таньги, оглядывая могилу, в которой на первый взгляд не было ничего необычного. Это продолжалось до тех пор, пока взгляд Буаленвиля не упал на надпись, сделанную на кресте.

– Верному сыну от Анатас! – громко прочитал он и почти сразу же закричал голосом, полным неописуемого восторга:

– Анатас? Если прочитать в обратном порядке, – получается «Сатана». Вот оно, пристанище дьявола! Пойдём, сын мой, ты сегодня сослужил великую службу святой инквизиции!

Инквизиторы с лихорадочной поспешностью покинули кладбище. Таньги ни на минуту не усомнился, что в указанное им время, а именно через два дня в полночь инквизиторы придут сюда и тогда появится реальная возможность уничтожить орден.

Глава 26

РАСПРАВА

Таньги поразился скоплению народа возле харчевни на улице Бобов. Он предполагал, что могут прийти несколько десятков человек, но такое количество! Вся улица Бобов была запружена людьми. Их было, по меньшей мере, несколько тысяч. Все были вооружены чем попало – вилами, топорами, ножами, у некоторых Таньги даже заметил в руках железные ножницы. Многие кроме оружия держали факелы в руках. Таньги смотрел с восхищением на колеблющийся людской поток, который напоминал огромный костёр. Таньги шёл пешком рядом с Буаленвилем, у которого был весьма торжественный вид. Вслед за ними шли не менее полусотни инквизиторов. Не доходя нескольких шагов до толпы, которая в полном смысле слова перекрыла собой всю улицу, они остановились. В толпе раздались крики:

– Святые отцы с нами! Святые отцы с нами!

– Да поможет нам господь, – громко закричал Буаленвиль, – расступитесь, дети мои. Дайте пройти тем, кто послан господом наказать зло!

В толпе раздались истошные крики:

– Смерть колдунам! Смерть пособникам сатаны! Люди выкрикивали проклятия в адрес колдунов.

Они были охвачены яростью и безумным желанием убивать!