Читаем Д'Арманьяки полностью

– Тише, сударь, – на этот раз мэтр Крюшо опасливо осмотрелся по сторонам, – Буаленвиль – глава Парижской инквизиции. Он арестовал беднягу Гоше из-за того, что тот осмелился утверждать, будто дьявола, прости меня, господи, – не существует! Буаленвиль говорит, что этими словами Гоше пытается скрыть истинное лицо зла, значит, он является его пособником!

«Вот удача, – в душе обрадовался Таньги, услышав слова мэтра Крюшо, – да этот Буаленвиль как раз тот человек, который мне нужен. Я не ошибся, придя сюда». Но вслух он сказал другое:

– Я имею в виду настоящего пособника дьявола, с отвратительным лицом и крыльями за спиной!

– Вы снова шутите? – мэтр Крюшо с недоверием смотрел на Таньги, но при этом непрестанно крестился.

– И не думаю, – со всей серьёзностью, на которую был способен, ответил Таньги, – я видел его своими глазами. Больше того, мэтр, я собираюсь убить его во имя всемогущего бога и святой церкви, – на этот раз Таньги сказал почти чистую правду и оттого почти не чувствовал угрызений совести.

Мэтру Крюшо понадобилось некоторое время, чтобы прийти в себя от слов Таньги. Когда он немного пришёл в себя, то с невольным восхищением посмотрел на Таньги.

– А вы настоящий смельчак, сударь! Бороться против нечисти, – мэтра Крюшо всего передёрнуло. Преодолев собственный ужас, Крюшо продолжал едва слышным голосом:

– Признаться откровенно, сударь, вы не первый, кто рассказывает мне это!

– Вот как! – Таньги явно не ожидал подобных слов и не смог скрыть удивления.

– В Париже идёт молва, что по городу летают отвратительные чудища с длинными крыльями. Они крадут младенцев и пьют их кровь. Я думаю, что это чистая правда, сударь. Не далее как вчера здесь сидел несчастный отец, который рассказывал, что у него украли трёхлетнего сына прямо из дома. Двери дома были затворены, так что они могли проникнуть только через окно.

Я знаком с людьми, у которых произошли точь-в-точь такие же несчастья. Господь, видно, отвернулся от нас, если позволяет этим нечистям безнаказанно творить зло.

Таньги очень внимательно выслушал мэтра Крюшо, отмечая про себя отдельные слова. Многое из рассказанного лекарем очень близко напоминало услышанное от мэтра Крюшо. Таньги подумал, что, возможно, те же самые колдуны и творят все эти жестокие преступления. «Но зачем им нужны малолетние дети?» – задался было вопросом Таньги, но тут же отбросил от себя этот вопрос, ответ на который мог наверняка ужаснуть его. Потому что рассчитывать на то, что они это делали с благими целями, не приходилось.

– А вот и жареная оленина, приправленная чудесным соусом. Как вы любите, сударь. И бутылка красного бургундского. Надеюсь, вы не изменили свои вкусы?

– Нет, – Таньги посмотрел на мэтра Крюшо, а потом на дымящееся жаркое перед ним и внезапно спросил: – Вы можете найти человека, у которого украли сына?

– Зачем он вам? – удивился мэтр Крюшо.

– Хочу узнать, когда похитили его сына?

– Да вчера и похитили, – ответил мэтр Крюшо, – я слышал это собственными ушами.

– Возможно, его можно ещё спасти, если он, конечно, всё ещё там, – пробормотал Таньги себе под нос.

– О чём вы, сударь? – не расслышал мэтр Крюшо.

– Я говорю, если он хочет найти тех, кто украл его сына, пусть будет здесь через два дня! Я знаю, где находится логово этой нечисти и в субботу, в полночь, собираюсь пойти туда. Если кто-то хочет пойти со мной, я буду рад. Если же нет, я пойду один убивать эту нечисть!

– Сударь, если речь идёт о том, что должен сделать каждый добропорядочный католик, то я иду вместе с вами, – бесстрашно заявил мэтр Крюшо, – тем более, если вас благословил на этот путь сам папа!

«Знай он всё, непременно благословил бы», – мысленно ответил Таньги.

– Значит, решено, через два дня в полночь? – уточнил Таньги.

– Не сомневайтесь, сударь, многие сочтут за великую честь пойти за вами, – заверил его мэтр Крюшо. Его подозвал один из посетителей, и он на время оставил Таньги, который немедля принялся за оленину, напряжённо размышляя о дальнейших действиях, которые он должен предпринять. Пока всё шло как нельзя лучше. Оставалось предпринять ещё один самый важный ход, который мог сыграть решительную роль в достижении цели, которую он поставил перед собой. Таньги рассуждал, не замечая, как в харчевне появились четыре гвардейца герцога Бургундского, которые были явно навеселе. По опыту общения с гвардейцами мэтр Крюшо знал, как опасно вызывать раздражение гвардейцев, в особенности когда они немного пьяны. По этой причине мэтр Крюшо самолично принёс им несколько бутылей вина, в надежде, что они не станут беспокоить посетителей харчевни. Но чаяниям мэтра Крюшо не суждено было сбыться. После того как гвардейцы откупорили бутылку вина, один из них заполнил им доверху два кубка и поднялся со своего места. Таньги с задумчивым видом поглощал пищу, когда услышал над собой хриплый голос:

– Сударь, не желаете выпить за здоровье герцога Бургундского?

Таньги перестал есть и снизу вверх посмотрел на здоровенного гвардейца, что нависал над его головой.