Я прошел мимо неуклюжего бронированного противника и заковылял по коридору к тележке. Двигался я очень медленно, но тот, в скафандре, был еще медлительнее. Он с грохотом шел за мной. Я добрался до тележки, на ней не оказалось никого живого, только лежали два трупа. Я вскарабкался на тележку и нажал рычаг. Тележка мягко покатилась мимо бронированного и ударила его по касательной, снова сбив с ног. При падении в повышенной гравитации несложно было и кости сломать. Человек в скафандре больше не вставал.

Я доехал до двери, сполз с тележки и потянулся к замку. Мысленно я ругал себя за то, что придумал такой длинный код. Наконец, я набрал его, и тут услышал шум позади, а когда повернулся, ужасная тяжесть прижала меня к двери.

Я не мог двинуться, грудь была прижата к кодовому замку. От давления трещали ребра, а оно все усиливалось. Я повернул голову и задохнулся. К двери меня прижимала тележка. Человек в скафандре, которого я уже сбросил со счетов, был еще жив и с дикой силой давил на рычаг. Я попытался крикнуть, напомнить ему, что без меня они не смогут открыть дверь и управлять кораблем. Но я не мог выдавить ни слова. Я почувствовал вкус крови во рту и попытался сделать вдох. Но тоже не смог. А потом потерял сознание.

3

Когда я пришел в сознание, то грудь моя была уже свободна, но красный туман боли все еще плескался перед глазами. Я лежал на спине на полу, а вокруг столпились люди.

В голове у меня стоял сплошной звон. Я попытался сесть. Но не смог. Затем возле меня возник Крамер и вонзил мне в руку иглу. Выглядел он довольно паршиво. Лицо было перевязано, а вокруг глаза красовался фиолетовый синяк. Говорил он приглушенно — мешала повязка на челюсти.

— Это поможет вам оставаться в сознании, чтобы ответить на несколько вопросов, — сказал он. — А теперь вы дадите мне комбинацию к кодовым замкам, чтобы мы могли изменить самоубийственный курс. Возможно, тогда я стану вас лечить.

Я не ответил.

— Время молчания закончилось, ты, глупый ублюдок, — сказал Крамер, поднял кулак и жестко ударил меня в грудь.

Думаю, только из-за его укола я остался в сознании. Какое-то время я не мог дышать, пока Крамер не дал мне пару раз вдохнуть кислород. Я подумал о том, что неужели он настолько глуп, чтобы подумать, что я могу отдать свой корабль.

Через некоторое время в голове у меня немного прояснилось. Я попытался заговорить, прохрипел нечто невнятное, но затем все же обрел голос.

— Крамер, — сказал я.

Он склонился ко мне.

— Слушаю, — сказал он.

— Отнесите меня к лифту. И оставьте там одного. Это ваш единственный шанс.

Это показалось мне длинной речью, но никак не подействовало. Крамер ушел и, тут же вернувшись, продемонстрировал мне большой скальпель из своего врачебного набора.

— Сейчас я буду забавляться с твоим лицом. Я превращу тебя в музейный экспонат. Но, если ты немедленно начнешь говорить, то, может, и я передумаю.

Я увидел на его запястье часы. Голова работала плохо. Каждый вдох давался мне с большим трудом. Мы должны были перехватить чужака через час десять минут.

Все мне казалось простым. Я должен вернуться на мостик до того, как произойдет столкновение. Я сделал еще одну попытку.

— У нас остается час, — сказал я.

И тут Крамер потерял контроль над собой. Он вонзил скальпель мне в лицо, визжа сквозь зубы. Я отдернул голову, так что скальпель разрезал мне скулу вместо того, чтобы обрезать губы. Я едва почувствовал боль.

— Мы погибнем из-за твоего идиотизма! — завопил Крамер. — Я теперь капитан! Я освободил тебя от должности, как неугодного команде! А теперь открывай корабль, иначе я нарежу тебя на ленточки!

Он держал скальпель у меня перед носом в дрожащем от ярости кулаке. Хромированное лезвие было покрыто тонкой розовой пленкой.

Я собрался с силами и снова заговорил.

— Я собираюсь уничтожить корабль Мэнкхи, — сказал я. — Отнесите меня к лифту и оставьте там.

Я хотел сказать еще кое-что, но пришлось замолчать, чтобы перевести дыхание. Крамер куда-то исчез.

Я понял, что теряю сознание. Я был зафиксирован на какой-то подушке. Я попытался перевернуться. Я очень старался, и это получилось. Я услышал, как Крамер с кем-то говорит, а другие голоса отвечают, но сил уже не хватало разобрать их слова.

Я лежал вниз лицом, головой к стене. Передо мной было черное пятно двери. Голова немного прояснилось. Должно быть, препарат Крамера все еще действовал. Я повернул голову и увидел, что Крамер стоит с пятью другими членами команды, и все они говорят разом. Судя по всему, всех тревожили неконтролируемые вспышки ярости Крамера. Они хотели, чтобы я оставался в живых. Но Крамер не мог выносить никакой критики в свой адрес. Спор становился все яростнее. Затем послышались звуки драки и крики.

Я увидел, что лежу шагах в двадцати от лифта. Слишком далеко. Дверь передо мной, насколько я помнил схему корабля, вела в служебный отсек, маленький, в котором не было ничего, кроме хоппера для удаления отходов. Но дверь отсека мола запираться изнутри на засов, как и любые другие помещения корабля.