— Ты рехнулся? Совсем идиот? Да у него шесть нашивок за ранения! Он три войны прошёл, был на фронте в каждой танковой атаке с 1939 года! Он выжил под Курском и в Сталинграде, Севастополе и во всей Украине! Он награждён Рыцарским Крестом с дубовыми листьями и любыми чёртовыми ленточками и жестянками, которые только возможны. Это великий человек, герой нации, а не предатель — вы не можете так с ним обращаться!

— Сержант, вы начинаете надоедать. Не заставляйте меня приказывать моим людям воспитать вас.

— Ты сумасшедший арабский ублюдок, ты не имеешь права…

— Следите за языком, сержант. Вы уже виновны в нарушении субординации и опасно близки к предательству.

Салида внезапно окружили трое его людей — те самые мускулистые плотники и один из часовых на входе с МП-40. В этот же миг Денекер склонился над ухом Вилли и зашептал:

— Вилли, Вилли, Вилли… не теряй головы.

— Ты — е…чий предатель, араб. Если хоть волос с головы этого человека упадёт — я увижу тебя горящим в аду. Что ты за х… такой?

— Сержант, — гаркнул фон Бинк, — прекратить! Штурмбанфюрер Салид, тот человек просто вспылил, он не хотел причинить вреда. Пожалуйста, простите его.

— Ты не можешь просто повесить этого человека на струне в задрипанной украинской церкви, — продолжал Вилли. — Это святотатство. Это противоречит всему, за что бьётся германская армия. Это издевательство над самопожертвованием миллионов людей, которые отдали свои жизни здесь, на востоке!

— Рейх посчитал его предателем, и у меня чёткий приказ.

— Сержант Бобер, — вмешался генерал. — Я приказываю тебе как генерал, командующий Четырнадцатой панцергренадёрской дивизией — прекрати и исчезни. Ты не сделаешь никому ничего хорошего и вдобавок лишаешь меня последнего достоинства, которым я пока ещё обладаю. Пожалуйста, уйди отсюда и вернись на свой пост. Это прямой приказ, и я ожидаю, что ты его выполнишь.

Вилли уже задумал выхватить свой П38, пристрелить Салида, затем повернуться и выстрелить фон Бинку между глаз. Это куда лучше, нежели быть удавленным струной, которая подвесит его в шести дюймах над землёй и доставит порнографическое удовольствие извращенцам в Берлине, которые посмотрят плёнку неделей позже. Сербы пристрелят Вилли — и что? В этой войне ему всё равно не выжить, так что какая разница? Лучше умереть ради чего-то, во что он верил, чем погибать ради защиты прохода, которым будут убегать этот арабский прыщ и его банда сербов-жидобоев.

— Вилли, — снова прошептал Денекер, — подумай о последствиях. Ты втянешь Карла и остальных в дерьмо, и они все закончат в Дахау. После всей той грязи, что мы прошли — нас всех так же удавят на струне.

— Послушай своего друга, — подтвердил генерал. — Он дело говорит.

Вилли обернулся и хлопнул, привлекая внимание. Он отдал салют генералу правой рукой, вскинутой к голове — в классическом старом стиле.

— Герр генерал-лейтенант фон Бинк! Моё почтение, а также почтение Второй воздушно-десантной дивизии, Двадцать первого полка, боевой группы фон Дрелле. Вы, сэр, — герой, настоящий вдохновитель и джентльмен. Мы счастливы, что нам довелось служить под вашим командованием и мы никогда вас не забудем.

Снова обернувшись, он вышел, печатая шаг.

Глава 41

Карпаты

Наше время

— Ты говоришь, словно бежал, — сказал Джимми, сидящий в двух тысячах миль от них на диване перед камином, потягивающий роскошный виски из графина.

— Так и есть. Ты нашёл что-нибудь?

— Да, нашёл.

— Говори, я слушаю на ходу. Прошу прощения за тяжёлое дыхание.

— У нас были отличные ребята в радиоразведке и дешифровке, — поведал Джимми со своего дивана, — и похоже, что мы знали — с 1944 года Сталин уничтожал партизанские части, которых он подозревал в недостатке просоветского энтузиазма. Он знал, что войну он уже выиграл и пытался выиграть сразу и следующую. Однако, наши люди углядели здесь возможность внести лёгкий разлад. Управление специальных операций тайно направило бомбардировщик «Галифакс» в Александрию и использовало своих гениев-взломщиков кодов, которые получили возможность связи с большим количеством партизанских групп. Мы предложили им снабжение, в котором отказывал Сталин. Бомбардировщик вылетал каждую ночь и направлялся из Александрии в подбрюшье Европы и России, сбрасывая контейнеры с оружием и снаряжением различным группировкам. Думаю, что некоторые достались русским в силу их уловок, но также я уверен, что многие попали по назначению. Контейнер содержал всё необходимое для партизанской войны, революции или переворота: одна 4(Т) для снайперских задач и убийств, пять «Стэнов», две тысячи патронов 9-мм, пятьдесят.303, двадцать пять гранат Миллса и пять револьверов Уэбли. Согласно записям, бригада Бака из Украинского народного фронта получила свои посылки — три контейнера — в феврале 1944 года. Так что если говорить об ответе на твой вопрос — именно так 4(Т) могла оказаться в руках твоего снайпера в июле 1944 года.

— Ещё последний вопрос. Есть ли сведения или понимание — как 4(Т) были пристреляны?