Читаем Черный Дождь полностью

— Как угодно, ой, она открывает мой подарок! Пойдемте, — я направила его, стараясь вовлечь Блейка в происходящее. Первый из моих подарков был от всего сердца. Именно его она открыла первым. Это была половинка сердца на серебряной цепочке, и она почти подходила к моей половинке. Пи сложила губки в эту милую маленькую букву О. Она была больше взволнована моим тридцатидолларовым медальоном, чем той дорогущей великолепной куклой, к которой не могла прикоснуться. Я присела на корточки и потянула свой медальон, висевший на шее.

— Смотли, подходят, — улыбнулась она, приложив свою половинку к моей. Они подходили. Половинки сходились безупречно, кроме нижнего края. Да и неважно, если бы они не сходились. Для меня эти половинки идеально подходили друг другу. Как и мы с Пи, не важно, кто какого происхождения. Мы подходили друг другу.

Мой следующий подарок стал большим хитом. Ну, это был подарок от Блейка.

— От папочки, — сказала Грейс, прочитав открытку. Блейк посмотрел на меня, сначала удивленно, а потом виновато.

— Не переживайте, я вас прикрыла, — подмигнула я. Я не думала, что это будет кокетливое подмигивание. Я имела в виду «я умница, а ты облажался». Но то, как смягчился его взгляд, и его улыбка сказали мне, что он понял это совсем по-другому. Блин.

— Спасибо, — сказал он, поворачиваясь обратно к Пи. Она встала на стул и разорвала подарочную бумагу с Черепашками Нинзя, бросая ее на пол. Ей нравились мультики для мальчишек. Ну что я могу сказать? — Что это? — прошептал он.

Я не обратила на него внимания и снова увидела, как она радостно произнесла О. Один ноль. Пи вытащила первый пистолет Нёрф, а потом еще три. Как раз для меня, Блейка, Грейс и Пи.

— Правда? Я не понял, — спросил Блейк. Тот факт, что его дочь потеряла всякий интерес к празднику, торту, остальным ее подаркам, не укладывался у него голове. Все что она хотела, это стрелять по всем из своего нового пистолета. Нам все же удалось разрезать торт, чтобы работники Зазена смогли вернуться к своим обязанностям.

— Ладно, Пи, давай. Мы с тобой против Микки и папы, — сказала Грейс, засовывая свой пистолет спереди за пояс джинс.

— Э, нет, у меня полно работы, — попытался отмазаться Блейк. Я выстрелила ему в лоб шестисантиметровым патроном. Выражение его лица стоило миллиона долларов. Он оставался ошеломлённым добрых десять секунд. Забудьте про миллион долларов; это было бесценно.

— Ты в меня выстрелила.

— Делжи, папочка. Ты можешь стлельнуть в нее тоже, — предложила Пи, протянув ему красный пистолет. Я хотела красный.