Читаем Час зверя полностью

Однако Перкинс помедлил, следя, как Тиффани пробегает мимо него, пробирается среди ручейков пассажиров вдоль сводчатого коридора, ныряет под мраморную арку Она крепко прижимала к себе красную сумку Опустила голову, лицо прикрыла бейсбольной кепочкой, волосы упрятаны под головной убор. Тиффани решительно прорывалась в любую щель в толпе, двигалась, судя по всему, очень торопливо, спешила к какой-то вполне отчетливой цели.

«Почему она вернулась?» — удивился Перкинс. Он протиснулся сквозь толпу за спиной Тиффани и начал упорно продвигаться вслед за девушкой, Не спуская с нее глаз. Все его тело, казалось, затвердело, пульсировало волнение и гнев слегка кружили голову, сбивая дыхание, и точно так же короткими электрическими разрядами пульсировали мысли: «Куда она пошла? Что она делает? Почему вернулась? Черт бы ее побрал, зачем ей понадобилось возвращаться?»

— Извините, — негромко произнес Оливер, обходя широкоплечего дельца. Он уже не пытался приблизиться к Тиффани. Он просто шагал вслед за ней.

Обошел пожилую женщину, прорвался сквозь парочку обнимавшихся ребят. Он все время видел Тиффани поверх толпы, в просветах между разделявшими их телами. Двигался вслед. Тиффани добралась до входа в метро и там остановилась. Перкинс замер примерно в пятнадцати ярдах позади нее. Позволил толпе между ними сгуститься. Наклонился, стараясь укрыться за чужими плечами, но по-прежнему украдкой наблюдая за девушкой. Он видел, как она медленно оборачивается, обшаривает широкий перрон огромными затравленными глазами. Она что, почувствовала за спиной шпиона? Неужели заметит его? Перкинс не знал. Он вглядывался в пепельно-серое лицо узкую полоску побледневших губ.

Ты ничегошеньки не понимаешь, Оливер.

И тут он увидел, как Тиффани перевела дыхание и бросилась в глубь подземки.

Он поспешно кинулся за ней, страшась потерять девушку в толпе, однако стоило ему войти внутрь, и он сразу же заметил ее. Пестрая лоскутная рубаха так и бросалась в глаза. Он последовал за ней вниз по ступеням на станцию, через турникет, по подземной долине с низким потолком, поросшей бетонными колоннами, значками, лесенками. Тиффани шла в гуще людей, шагая быстро и в такт своим попутчикам. Перкинс наблюдал каждое ее движение: покачивание бедер, согнутые в локтях руки ускоряют темп, еще один лестничный пролет, и она выберется к поездам.

В ту ночь она надела черное. В ту ночь, когда он нашел Заха в коттедже, оглушенного, одурманенного наркотиками. Он отвез брата в больницу Св. Винсента и позвонил Тиффани; она явилась вся в черном. Черные джинсы, черная водолазка, черные волосы туго завязаны в «конский хвост», в них мелькает серебристая прядь. Лицо осунулось, очень бледное, все черты заострились. Перкинсу она показалось усталой, озлобленной и малопривлекательной.

Теперь Тиффани выбрала маршрут номер 7. Перкинс тоже вошел в поезд, в соседний вагон. Добрался до разделявших вагоны стеклянных дверей и стал следить за девушкой. А та сидит себе, уложила матерчатый мешок на колени. Глядит в пространство, бледненькая, несчастная. Перкинс машинально утер рот рукой.

Врачи оставили Заха на ночь в больнице. Перкинс отвез Тиффани домой, в барачную квартирку в Ист-Вилледже, где она обитала вместе с Захом. Она уселась на постель, свесила руки между колен. Смотрела прямо перед собой. Перкинс собрался было уходить, повернулся и увидел ее лицо в зеркале. Ему хотелось надрать на девчонку, схватить ее за плечи и потрясти хорошенько. Все это мистическое дерьмо! Неужели она не могла как следует позаботиться о его брате?!

Поезд остановился. 42-я улица. Тут Тиффани вышла. Перкинс вновь пошел вслед за ней по широкому, низкому подземному лабиринту. Тиффани ускорила шаг, бросая косые взгляды на мужчин и женщин, окружавших ее со всех сторон. Почуяла его присутствие? Каким-то образом угадала, что он позади? Нервы пульсировали в такт шагам. Шаги отдавались в широком коридоре, их отзвук растворялся в грохоте тысяченогой толпы.

— Ладно, — пробормотал он и двинулся к двери.