Помешанные люди всегда весьма интересны. И хорошо, когда они хотят говорить сами, без приказов и вынуждения, как Тимая. Быть может, им и кажется, что они говорят лишь ничего не значащие глупости, однако бывает, что среди их слов проскальзывает что-то нужное, интересное и полезное. Сами того не замечая, они выдают свои тайны.

– То есть Первые, в вашем понимании, это Боги?

– Богов не существует, Кайрус. Орден Тринадцати долгие сотни лет навязывал людям веру в Богов, распространял слухи, что жрецы якобы слышали голоса Богов и объяснял многие непонятные простому люду вещи именно как божественное вмешательство. И мы благодарны Фалину Доброму, ведь благодаря ему Орден Тринадцати был полностью уничтожен. Да, мы тоже пострадали, но дело того стоило. Фалин считал, что моя семья и Орден Тринадцати – это одно и то же, но на самом деле они хотели лишь отвлечь людей и боролись с нами, чтобы Первые не смогли вернуться и снова завоевать мир. Орден уничтожал все воспоминания и нашёл для людей новый объект для веры – Богов.

– Детям до сих пор рассказывают сказки про Первых, по сей день про часть мест в королевских землях и про их названия сложены легенды.

– Видимо, искоренить полностью не получилось. Легенды – это отголоски настоящей истории, они изменились, но до сих пор не исчезли лишь благодаря тем, кто, как и мы, знает настоящих, истинных правителей мира. К сожалению, как ты верно отметил, всем детям говорят, что легенды – это сказки, и не более. Но вскоре Первые вернутся!

– Почему ты так уверена, что они вернутся?

– Потому что мы нашли, как их вернуть. Для этого потребуется время, много времени, но оно у нас есть.

– Большая часть твоей семьи поймана, Тимая.

– О, ты запомнил моё имя? Приятно! Нет, далеко не большая часть. Мы повсюду, Кайрус! Моя семья, пока у вас были проблемы с мятежниками, расселилась в столице и вокруг неё, мы есть везде – от Холдбистов до Вайткроу, от Бладсвордов до Дримленсов. Моя семья отправилась и в Новые Земли. И ты мог бы присоединиться к нам, тебе предлагали.

– Вы убили моего сына, а ему не исполнилось и восьми лет! Я бы ещё понял обычное убийство, но не пытки ребёнка! Вы чудовища!

Кайрус испытывал желание прекратить разговор и перейти к истязаниям, но не для того, чтобы добыть информацию, а просто чтобы причинить боль, как можно больше боли, и отомстить за Рисса. Лишь каким-то чудом он сумел сдержаться.

– Да, мы поступили жестоко, я не отрицаю. Некоторые выступали против убийства и почти половина против пыток.

– Чего вы хотели добиться? Он не знал ничего, чтобы могло быть вам полезно.

– А нам и не нужно было ничего от мальчишки. Наши лидеры решили, что истязания Рисса покажут серьёзность наших намерений. Ты сам, лично, пытал десятки моих друзей, сотни людей, а мы – лишь одного мальчика. Ты виноват в его смерти и его страданиях – ты отказался с нами сотрудничать и сразу, как верная псина, побежал к регенту. Моя семья рассчитывала на тебя, мы были уверены, что ты пригодишься нам и поможешь. Тем более твоя дружба с правящими на данный момент лордами была бы очень полезна. После, когда ты узнал бы правду, ты бы захотел помогать и без угроз расправы над сыном. Но ты выбрал другой путь, неожиданный для нас всех. Неужели донос регенту стоил смерти твоего сына?

– Я служу Его Величеству, и даже моя семья не сможет изменить этого. Я приносил ему клятву верности и не нарушаю её.

– Не понимаю, как можно быть таким глупцом. – Пленница казалась разочарованной. – Хочешь отомстить нам за своего сына? Хочешь узнать, кто именно это сделал, и терзать его долгие циклы, а то и сезоны?

Кайрус уже думал об этом, но не испытывал подобного желания, как бы ни хотел. Утихомирить боль утраты ненавистью так и не получилось.

– Нет.

– Ты удивительный человек, Кайрус, и мне очень жаль, что ты не присоединился к нам. А теперь переставай шуршать своими бумагами, я уже достаточно тебе сказала. Если хочешь узнать больше, тебе придётся поработать.

– Я не понимаю. Ты не желаешь говорить без давления?

Кайрусу никто не ответил.

Палач молча дописал последние строки, ведь Его Высочеству регенту необходимо знать всё, сказанное Тимаей, и отложил перо в сторону. Пленница, в отличие от других представителей Культа Первых, показала ему, что их различие лишь в вере. Наказывать за это жестоко, но не палач придумывает правила.

Райан

– Его Высочество регент изволил, чтобы я отправлял ему письма по десятку в день! Я лорд, правитель Великой Династии – и должен отчитываться, как мальчишка!

Райан уже в который раз жаловался на Клейса. В глубине души он осознавал, как выглядит: рослый, широкоплечий, длинноволосый, с всклокоченной от непрерывных почёсываний густой бородой мужчина, чей возраст недавно перевалил за третий десяток, гневно рассказывает, как его обидел добившийся хорошего положения младший брат. И всё же никак не мог остановиться.

– Ты уже говорил. И написал мне в письме все претензии к Клейсу, Райан.

Ласс, средний сын лорда Мертора Фореста, покинул свой замок, стоящий на границе с Вайткроу, и прибыл поддержать старшего брата и помирить его с регентом.