Девушку такой поворот событий застал врасплох. Чжулинь вскрикнула и упала с платформы. Братишка Тао потащил меня прочь. Я негодующе глянул на мальчика, но все-таки спрятался вместе с ним за грудой камней. Со всех сторон слышались налетающие волнами горестные вопли. Я украдкой посмотрел в направлении, куда упала Чжулинь. Та вообще не издавала никаких звуков. Ее тащил прочь врач, придерживая за обе лодыжки. На халате девушки алела кровь. Роба задралась и покрыла голову. Взгляду открывался вздымающийся черный бюстгальтер. Все ниже его было оголено. Пурпурные трусики факелом горели посреди беспросветной тьмы. Нижнее белье уже успела окропить непроизвольно пролившаяся моча. Пухленькие бледные ляжки бились о гальку. С упитанного животика девушки свисала и волочилась по земле на красной трубке полусфера, походившая на какой-то орган. Так агнца тащат на убой к алтарю. Создавалось впечатление, что Чжулинь оказалась в таком положении из-за меня. Все в душе у меня заметалось, и я прикрыл глаза… Не знаю уж, как много времени прошло, но все движения стихли. Медработники утащили добычу. Не ставшие трофеями больные стали, дрожа, постепенно вылезать из укрытий.

– А Большое море где? Мы до него добраться-то сможем? Куда идти надо? – Я растерянно смотрел в ту сторону, куда скрылся медицинский розыскной отряд. Из головы у меня не выходила Чжулинь. От мысли о ее глазах – чистых и целомудренных, как у посланницы Небес, – сердце заколотилось. Пред сиянием пламенной мечтательницы любой человек чувствовал себя пристыженным. А в сцене, как Чжулинь в задранном, но незапятнанном халате тащили с открытой раной, выпадающими внутренностями и обнаженным низом, запачканным кровью и мочой, было что-то трогательное. Не умерла ли она? Правда, она же уже стала медработницей. Может, она не могла просто так умереть?

– Путь наш продолжается и после смерти, – упрямо проговорил братишка Тао. – И ты вообще должен печься не только о себе любимом. О духе своем еще подумай. Слишком уж ты о себе печешься.

– Ты прав, нас же теперь двое. – Я вздохнул.

– Нет, один, – поправил меня Дух. Ну, наконец-то он дал о себе знать! Пора было воспользоваться удобной возможностью взяться за разум, раз уж Чжулинь меня не спасла и не увезла с собой.

Потихоньку собрались уцелевшие беглецы. Нас осталось менее тысячи. Староста Ай заявил:

– Нам надо встретиться с Контактом. Это больной с огромным опытом. Он первым бежал из больницы, переправился через море, добрался до здорового мира. А теперь возвращается за нами. Естественно, встречается он с нами в основном из-за того, что в ваших рядах я. Но я не против оказать вам такую услугу.

Мы шли какое-то время. Припасенные лекарства и продовольствие иссякли. А, по слухам, перевалочный пункт, к которому мы направлялись, уже уничтожили. Кто-то предложил вылезти на поверхность, чтобы посмотреть, что там происходило. Духи наши посовещались и повели больных на разведку. Обнаружили только сожженные дотла больничные палаты. Территорию больницы мы еще не покинули, но никакой активности медперсонала вокруг не наблюдалось. Эпоха медицины поэтапно распадалась кусочек за кусочком. Духи приказали больным подниматься. Из обломков мы извлекли обугленные трупы. Вероятно, тела подопытных животных или мертвых пациентов. Смахнув покрывавший их пепел, мы достали из-под кожи подкопченное мясо и съели его дочиста. Затем мы приняли обнаруженные в окрестностях медикаменты. Духи тоже нашли возможность восполнить энергию. Ведь они практически полностью истощили себя на вызволение больных, а сами они прокормиться не могли. Я решил разобраться со всем разом. Надо было переговорить с моим Духом начистоту.

<p>18. Все надо обязательно гипертрофировать?</p>

– Как ты там поживаешь во мне, дрянь ты эдакая? – спросил я у Духа.

– Какая я тебе «дрянь»? Имей совесть! – Духа обращение, похоже, разозлило.

– Так ты не вирус, о котором мне рассказывают врачи?

– Ну конечно же нет! Это враки! Тебя хотят обмануть.

– То есть ты второй мозг, возникший у меня в желудке и кишечнике? И первый мозг мне вроде бы уже и ни к чему?

– Ты серьезно думаешь, что все может быть устроено так примитивно?

– В любом случае, боль в животе у меня, кажись, от тебя.

– Я уже говорил, что помогу тебе избавиться от нее.

– Но кто ты такой, в конце концов? Откуда ты взялся?

– Издалека да вблизи. – Произнесено это было задумчиво-загадочным тоном.

Вдруг, будто по мановению волшебной палочки, исчезли все окружавшие меня камни. Да и тоннель тоже. Я оказался посреди несметного скопления звезд, которые взирали на меня отовсюду невидящими разноцветными очами. Их сияние пронизывало мое тело насквозь.

– Ты инопланетянин, что ли? – спросил я после напряженной паузы.

Дух выдохнул, но ничего не ответил. Звездное сияние усилилось, будто желая очистить все вокруг себя и явить истинный облик вселенной. – Ладно… Все равно ты не один такой, – сказал я.