Читаем Богиня охоты полностью

Путь из Лондона до Корбинсдейла можно было преодолеть верхом за день, если выехать на рассвете и хотя бы раз поменять лошадей на постоялом дворе. Однако Джереми пришлось дожидаться открытия ювелирной лавки, потом он долго выбирал подарок жене. Поэтому к своему поместью он подъезжал уже в полной темноте. И намеревался сдержать слово и вернуться домой до полуночи. Данное жене обещание значило для него очень много. Оно как будто стояло в одном ряду с клятвами у алтаря. Возможно, для самой Люси было не так важно — вернется ли Джереми в четверг или в пятницу. Однако для Джереми это имело огромное значение, как и ожерелье, которое было для него не столько подарком, сколько символом любви.

Саму Люси Джереми считал теперь драгоценным камнем, редким, великолепным, изысканным, обладающим внутренним огнем, загасить или спрятать который было бы преступлением. Джереми поклялся себе, что больше никогда не даст воли грубой животной страсти, будет контролировать свои инстинкты. Он хотел взять Люси под свою защиту, холить и лелеять ее, как нежный цветок. Ему надо было найти Люси достойную оправу, которая позволила бы ей искриться и сверкать.

Джереми решил, что такой оправой может стать жизнь в Лондоне. Он должен был уговорить ее переселиться туда. Если же ему не удастся убедить ее и Люси уедет в поместье брата, Джереми был готов купить вблизи Уолтема земли, построить усадьбу, завести лошадей для жены и лучшего в Англии французского шеф-повара.

Когда Джереми подъехал к конюшне Корбинсдейла, было уже около полуночи. Он решил, что Люси в этот час наверняка спит. Передав поводья усталой лошади сонному конюху, Джереми поспешил в дом.

Взбежав по лестнице на второй этаж, Джереми подумал о том, что в таком виде вряд ли было бы уместно будить супругу. Его одежда запылилась и пропахла конским потом. Необходимо было принять ванну и переодеться.

В конце концов Джереми решил дождаться рассвета и лишь тогда разбудить жену. Он не видел ее уже пять дней и страшно соскучился. И не знал, как ему дожить до утра.

Войдя в гостиную, он вдруг замер. Люси лежала на диване, обтянутом дамасским шелком, и сладко спала. Подойдя ближе, Джереми опустился на ковер рядом с диваном. Люси была так прекрасна, что он не мог не встать перед ней на колени.

Длинные густые ресницы отбрасывали тень на ее нежные щеки. Распущенные волосы рассыпались по плечам и золотились в тусклом свете, падавшем от огня в камине. Но самое сильное впечатление на Джереми произвела ее одежда. Хорошо, что Люси мирно спала, иначе в Джереми снова проснулся бы похотливый самец.

На Люси была ночная рубашка из алого шелка на черных бретельках. Мягкая ткань соблазнительно облегала ее живот и бедра. Черные кружева едва прикрывали высокую грудь. На бедре начинался узкий разрез, открывавший нижнюю часть ноги Люси — колено, икру, изящную лодыжку и маленькую ступню.

Ножка вдруг дрогнула, и из груди Люси вырвался тихий вздох. Ее тяжелые сонные веки поднялись, и Джереми увидел изумрудно-зеленые глаза жены.

— Это ты? — пробормотала она.

Взгляд Люси туманился. Возможно, она еще не совсем проснулась. Все происходящее казалось ей сном, долгожданным, заветным. Люси невероятно соскучилась по мужу! Она представляла, как он прошепчет ее имя и коснется ее щеки.

— Поедем со мной в Лондон.

Люси удивленно заморгала. В ее мечтах он никогда не произносил эту фразу. Приподнявшись на локте, она протерла глаза.

— Что ты сказал?

— Поедем со мной в Лондон, — повторил Джереми, убирая с ее лба завиток.

Люси тряхнула головой, пытаясь окончательно проснуться.

— Прямо сейчас?

Он улыбнулся. Впервые за последнее время. У Люси учащенно забилось сердце.

— Нет, не сейчас. Но скоро. Я распорядился, чтобы к нашему приезду подготовили мой дом в городе. Наш дом. Твои покои заново обставят, у тебя будут свои экипажи — карета и фаэтон. И вообще я куплю тебе все, что ты пожелаешь.

— Но…

Джереми приложил палец к ее губам.

— Подожди, не говори сейчас ничего. Я опередил события. — Он полез в карман сюртука и достал бархатный мешочек, затянутый тесемкой. — Я, возможно, не всегда добросовестно относился к своим супружеским обязанностям, но хочу исправиться.

Открыв мешочек, Джереми извлек из него роскошное ювелирное украшение из золота и сверкающих красных камней. Люси ахнула и прикрыла рот ладонью.

— Это колье отлично подойдет к твоему кольцу, — сказал Джереми. — Поедем со мной в Лондон. Клянусь, что не буду предъявлять к тебе никаких требований. Позволь мне лишь заботиться о тебе. У тебя будет все, что ты только пожелаешь.

Люси взяла украшение и долго с восхищением рассматривала его. Когда смысл слов Джереми дошел до ее сознания, она подняла на него глаза. Люси подготовила целую речь, дожидаясь возвращения мужа. Она хотела сказать ему, что передумала ехать в Уолтем, что останется с ним. Но после его заявления все заранее заготовленные фразы теряли свой смысл.

Люси страдала в разлуке с мужем. Она поняла, что поедет с ним куда угодно. Хоть в Австралию.