— Группа А приступила к выполнению тренировочного квеста в час тридцать по местному времени, — спокойно начал он отчёт. — Моей задачей было проследить за их работой. В случае форс-мажора я должен был вмешаться в ситуацию.

— И? — спросил один из сидевших за столом людей. — Почему вы не предприняли контр мер?

— Объект, который решил вмешаться в сценарий тренировки двигался крайне быстро. Я прибыл на место происшествия, когда от группы остался только один человек.

— И как же он бегом смог догнать машину?

— Не просто догнал, — ответил Азазель. — Он предоставил ей фору приблизительно в десять — пятнадцать минут.

Брови члена совета, который задрал вопрос, изумлённо приподнялись:

— И… как…

— Бежал по реке, — пояснил Аззазель. Будто вода была покрыта толстым слоем льда. На шоссе вырвался только за городом.

— Но как он нашел группу? — вмешался в разговор Магистр.

Аззазаль пожал плечами:

— Неизвестно. Может быть, успел поставить на цель отметину.

— Объект ещё в городе?

Аззазель кивнул:

— Для безопасного отхода с места преступления группа взяла в заложники одну из работниц ювелирного магазина. Екатерину Котову. Скорее всего, Спаситель пошел за ней. Что и привело к провалу миссии. Котова живёт в одном из новых микрорайонов на юге города. На проспекте Большевиков. Было бы неплохо направить на адрес пару человек. Чтобы они проследили за квартирой. Хотя я полагаю, девушка не сунется на адрес. Она не так глупа.

— Делай что хочешь, Аззазель. Но найди этого нового бойца. И приведи его сюда.

Аззазель коротко кивнул и встал со стула:

— Можно приступать?

— Иди, — махнул рукой Магистр.

Ночлег

Я долго пялился в телевизор, как назвала его Катя и даже смог завладеть пультом. Эта штука открыла мне путь к информации об этом мире.

До чего чудные здесь были нравы. Дамы удаляли волосы на теле, на виду у всех желающих, да еще и хвастали этим. Мужчины считали честью иметь гладкую кожу и избегали волос на лицах. А те, кто носил бороды показались мне странными. Я даже обрадовался, что такие не водятся в Асгарде. Тогда заснуть в хмельном угаре в общем зале было бы страшно не оттого, что кто-то злонамеренно может ткнуть тебя мечом. Жутко, что рядом с тобой пьяным возляжет такое существо.

Люди хвастались повозками, телефонами, мыльными растворами и одеждой. Катя пояснила, что это реклама и принимать ее всерьёз не стоит. Выходит, то, что кричали на ярмарках зазывалы тоже было рекламой, но бесстыдной она не была. За очень громкую можно и поколотить глупого крикуна.

Потом я наткнулся на рассказ про одинокую мать и гнушающегося отцовской заботы мужа. Оказалось, что муж сей не так прост и охоч до других мужей. И я подумал, что мир жесток и коварен.

Моя сообщница пояснила, что это ток-шоу и их нельзя считать правдой.

— Весь Мидгард погряз во лжи, — воскликнул я в отчаянии. — Где правда?

— Правда? — протянула девица, протягивая мне мясо колбасы на блюде. — Нет ее, правды. Даже в новостях.

— Новостях?

Она молча переключила телевизор на картинку, где серьёзная женщина вещала об историях, происходящих в мире.

— Тоже реклама? — недоверчиво уточнил я.

— Иногда, — пожала плечами хозяйка квартиры.

— И как понять что правда, а что нет?

— Если что-то кажется излишне хорошим, то это наверняка чушь. А о чем говорят вскользь и неохотно…

— Вы несчастные люди! — воскликнул я, сгребая ломтики колбасы. — И мясо у вас ненастоящее и вести пустые и…

— Туалет зато не за углом, — парировал девушка, напомнив, как я попытался справить нужду на балконе.

— Да понял уже, — скривился я как от оскомины.

— Ты ведь вроде бог, — Катя хитро блеснула глазами. — Вот и учись правилам этого мира. Телек тебе в помощь.

Она потянулась и влажно поцеловав меня в щеку добавила:

— Мне очень хочется спать. Ты как?

— Я спал века. Лучше посмотрю… телек, — слово далось легко.

— Хорошо, мой герой, — девица заснула. — Не забудь нажимать кнопку слива…

— Кака же ты желчная баба, — покачал я головой. — Вот потому и мужа у тебя нет.

— Мужа? — она широко распахнула глаза и я тут же пожалел, что мог ее обидеть. Кто же позариться на бедную девицу с такой клетью вместо хором? Да и крепостью бёдер она не отличалась. Сможет ли она родить с десяток детей? Вряд ли.

— Мужика сейчас хрен прокормишь, — хмыкнула Катя. — Я тебе пиццу заказала. Через минут десять дверь открой и забери коробку.

— Что такое пицца?

— Еда, — Катя улыбнулась. — Тебе должно понравится.

— У нас еду готовят женщины в своих домах, — проворчал я, с тоской смотря на пустую тарелку.

— Потому у меня мужа и нет. Станет еще требовать еды, стирки и постели.

Я подозрительно покосился на Катю. Она меня кормит, одежду мою положила в машину для очищения и постель у нее одна. Может я уже прошел местный ритуал соединения? Вдруг девица обманом меня сделала своим спутником? Заметив мой ошарашенный взгляд, сообщница хохотнула.

— Я не претендую на твое тело, — она все же жадно осмотрела меня, обернутого простыней на манер тоги. — Мужчины во все времена избегают ЗАГСа и обязательств.

— Я ничего не боюсь, — запальчиво воскликнул я и тут же уточнил, — А ЗАГС — это полюбовник, что ли?