То тут, то там по мостовым кучно бегали людишки во главе со знаменосцем.

— Туристы, — пояснила Катя, заметив, как я провожаю их взглядом. — Почти как ты.

— Мелкие они какие-то, — фыркнул я, игнорируя ее намёк, что богов здесь бывает много.

— Китайцы в основном. Любят они Питер.

— А у них нет городов?

— У них все без красот особых. Больше похоже на громадные деревни. Или ульи.

— Я видел жилища диких ос. Ты об этом?

— Навроде того, — подтвердила Катя. — Но китайцы нереально трудолюбивые.

— Крестьяне должны усердно работать. Они этим живут, — флегматично отметил я.

Девушка прыснула в кулак, и я понял, что сморозил глупость. Возница тоже посмотрел на меня с любопытством. Я зыркнул в ответ так, что зеркальце едва не треснуло.

Мне нравились строения и мосты, по которым машина проехала трижды. Низкое небо хвасталась перьями лёгких облаков и они не отражались в темной воде широкой реки. Я заметил несколько толстых чаек и хотел было спросить о море, но не решился портить момент. Ясно же, что неподалеку было море. Воздух был напоен колкой солью.

— Пожалуй, я здесь задержусь.

— Мне стоит быть благодарной? — поддела Катя.

— Польщенной, — невозмутимо поправил ее я. — Может я даже согрею тобою свою постель.

Девушка закашлялась, и я скривился.

— Если ты окажешься в силах и не больна, конечно.

— Конечно, — сдавленно ответила она, видимо, воодушевившись.

Приятно было дать девице стимул заботиться о себе?

Машина остановилась около двухэтажного здания, огороженного кованым забором. Данила дважды просигналил, и ворота медленно открылись, пропуская нас на территорию.

Девушка обернулась ко мне:

— Прошу на выход, мастер Видар.

В ее тоне прозвучала плохо скрытая насмешка. Но я сделал вид, что её не заметил. Хорошо хоть Вилли не зовёт. А то ведь придется наказать ее шлепком по заднице.

В этот раз мне удалось открыть дверь самостоятельно. Помня, что хлопать дверью неприлично, я осторожно толкнул створку, и дверь медленно закрылась. Катя поморщилась:

— Замок не защелкнулся. Давай я.

Она нащупала ручку, потянула ее на себя, распахнула дверь. И осторожно захлопнула ее.

— Вот так.

Я кивнул, тщательно пряча улыбку. Мне было интересно, как открываются двери у этих колесниц. Катя не сочла нужным показать мне это вчера. И теперь я увидел то, что меня интересовало. В знак признательности я притянул ее к себе, коснулся губами щеки. Так же, как сделала вчера она.

Девушка вспыхнула, но на этот раз не стала кашлять. Может, она и не безнадёжна.

В гостях

— За нами наблюдают, — едва слышно прошептал я ей в самое ухо.

Цепкий изучающий взгляд, я почувствовал, как только мы вышли из машины. И, видимо, это беспокойство коснулось не меня одного. Потому что Данила тоже осмотрелся по сторонам, будто пытаясь кого-то найти. Но на подворье дома было пусто.

— Нас не встречают, — пробормотал я. — Хотя у торгаша наверняка должна быть охрана.

— Им не за чем, — Катя кивнула в сторону забора. На шесте столба сидел странный полукруглый зверёк. Девушка приветливо помахала рукой. Зверек тут же повернулся в нашу сторону, уставившись мутным бликующим глазом с множеством маленьких круглых зрачков.

— Камера наблюдения, — пояснила мне Катя. — Это чудное магическое око заметило нас ещё когда машина подъезжала к дому. И передало информацию охране.

— Одноглазый наблюдатель, который все видит, — понимающе кивнул я. — Прямо как мой отец, который раньше мог наблюдать с Хлидскьяльфа за всеми девятью мирами. А ещё, у него есть два ворона, Хунин и Мунин. Их имена переводятся как Вижу и Помню. Они тоже наблюдали за Мидгардом и докладывали ему обо всем, что происходило в каждом уголке мира.

— Ну, считай у охраны Исаака тоже есть птицы, которые наблюдают за особняком. Будешь себя плохо вести — выбьют тебе глаз. Станешь как папка.

— Всеотец пожертвовал однимокомв обмен на то, чтобы испить из источника Мимира и обрести мудрость, — буркнул я. — Аэти штуки умеют летать? У них же даже крыльев нет.

Мной овладел интерес. Я поднял с тропинки небольшой камушек, и кинул его в сторону наблюдательного ворона.

— Стой!

Окрик моей спутницы застал меня как раз в то момент, когда камень уже сорвался с ладони. Бросал я, скорее, напоказ, нарочито небрежно. Чтобы заставить диковинную птицу взлететь. Но не тут-то было. Камень врезался в глаз, брызнули искры, и наблюдатель застыл.

— Какой-то очень глупый ворон, — сокрушенно пробормотал я. — Он похоже помер.

Катя тяжело вздохнула:

— Ох, свалился же на мою голову.

— Не на твою, — мрачно поправил ее я. — Ты ведь не собака.

— Да уж, я лучше какой-то псины.

За стеклянными дверьми дома мигом появились несколько человек в черных костюмах. Они мне не понравились. Именно так и выглядели разбойники, которых я убил в заброшенном доме. Я напрягся, проверил наручи. Не подведут ли цепи, когда начнется бой.

В том, что во дворе сейчас начнется драка я не сомневался. Уж больно злые лица были у явившихся мужиков. Один из них открыл дверь, и бойцы вышли на крыльцо. Я шагнул вперёд, готовясь записать на свой счёт ещё один подвиг и оценивая противников.