Читаем Блондинка в Монпелье полностью

Я мысленно горячо поблагодарила Жан-Поля. Не прояви он твёрдость, мне сейчас было бы стыдно смотреть в зеркало.

А так — не стыдно. Только противно. Ну и рожа!

Я приняла контрастный душ, и внешность значительно улучшилась. Исчезли тени под глазами, ушла зеленоватая бледность, делавшая меня похожей на измученную болотную кикимору. Несколько нехитрых манипуляций, известных любой женщине, — и я уничтожила последние признаки вчерашней пьянки. Превратилась, можно сказать, в голливудскую красотку.

Но что мне делать с печатью чёрной тоски на челе? А у глаз проклятое ищущее выражение, как у потерявшейся собачки. Да, я только что узнала, что меня бросили. Владимир даже не удосужился объявить мне об этом. Он ушёл по-английски, не попрощавшись, не расставив точки над i, не объяснив, в чём моя вина.

Зачем? Я и сама всё знаю.

Более того — не сомневаюсь, что он прав. С такой грымзой, как я, не ужился бы ни один мужчина.

Итак, мы расстались. Мысль об этом похожа на огромный, чёрный, весь в клубах пара и машинном масле, локомотив, со скрежетом и лязгом неумолимо надвигающийся на меня. А я бессильно смотрю на это чудовище и не могу сдвинуться с места.

Нет, я не хочу, чтобы эта мысль меня раздавила. Я вообще не хочу думать о том, что Володя от меня ушёл. Лучше, как это делала Скарлетт O’Хара, отложить печальные мысли на потом… А пока буду считать, что у нас с любимым ещё ничего не решено, всё в подвешенном состоянии и всё можно вернуть на круги своя. А эта девочка Алина… Юрист… Что ж, может быть, она действительно юрист, консультирующий Володю по каким-то там вопросам?

Хорошо. Чтобы остаться в живых, я буду верить в эту сказочку… Но как же трудно прикидываться тупой!

Я знаю, что меня бросили! Что Алина — это не просто так «сбоку что-то прилепилось», а новое увлечение… Пожалуйста, пусть всё будет по-прежнему… Я не хочу его терять! Я слишком сильно его люблю!

* * *

Дверь номера открылась, и появился Жан-Поль, элегантный, как рояль, и гордый, как победительница конкурса «Мисс Галактика». Сохранять элегантность, когда ты находишься в бегах, — это надо ещё умудриться. Выглядеть гордым, будучи едва не изнасилованным пьяной русской бабой, — тоже надо уметь. Моему другу удалось и то, и другое.

Он вошёл в комнату, уселся в кресло, привычным жестом отправил назад чёлку и закинул ногу за ногу. Храня молчание, он оценивающе меня разглядывал.

— Привет, — неуверенно пробормотала я. — Как дела?

— Привет, — отозвался рыцарь.

Так я его изнасиловала или нет?

Да? Нет? Да? Нет?

— Пока вы спали, я съездил к Буффарам.

— Куда?

— К Буффарам.

— А-а, — вспомнила я. — И каков результат?

— Мы отправляемся в Марсель, — объявил Жан-Поль.

— Да что ж такое! — возмутилась я. — Опять куда-то ехать!

— Зато мы вот-вот настигнем наших красавчиков.

— Мы никогда их не догоним.

— Мы планомерно сокращаем разрыв. Лена, вы, наверное, хотите есть?

— Ничего я не хочу.

И жить — тоже.

— Господа Буффар предложили с ними позавтракать. Они так сердечно меня приняли, угостили калиссонами, — сыто мурлыкнул Жан-Поль.

— Рада за вас, — мрачно буркнула я.

— Буффары вспомнили, как во вторник после представления подвозили молодых людей до города. Ребята собирались автостопом поехать в Марсель и остановиться у какого-то Стефана. Этот парень работает в ресторане в Старом порту.

— Надеюсь, Буффары вспомнили название ресторана?

— Сначала нет. Но потом я — по вашему примеру! — предложил порыться в Интернете и посмотреть, какие рестораны расположены в районе Старого порта.

— Растёте, — криво улыбнулась я. — Так, глядишь, и айфон себе купите. И на «Фейсбуке» пропишетесь.

— Это вряд ли. Но должен отметить, что ваша система работает. Я вспомнил, как вы по любому поводу ныряете в Интернет, и сделал то же самое. В общем, в конце концов мы выяснили название.

— Отлично! Вот видите, как это удобно — иметь под рукой Интернет. Далеко нам пилить до Марселя?

— Нет. Тридцать километров.

— Пешком можно дойти. Никак не могу привыкнуть к вашим игрушечным расстояниям. А куда наши дети отправятся потом? В Ниццу, Монако и дальше? Наверное, они давно уехали из Марселя. Сколько мы ещё будем за ними охотиться?

— Я понимаю, вам нужно как можно скорее вернуться домой. Ваш бизнес под угрозой.

— С чего вы так решили?

— Но вы сами мне это сказали, — удивился Жан-Поль. — Вчера, по дороге в кабаре. После разговора с вашей компаньонкой на вас лица не было. Вероятно, Татьяна сообщила вам какую-то ужасную новость.

— Да уж, — выдавила я. — Совершенно ужасную.

Володя дал мне отставку. Наша история закончилась.

Но я не буду об этом думать!

— Вы сами-то как? В порядке? — сменила я тему.

— А вы? Голова не болит? Это же не я вчера выхлестал две бутылки вина, а потом танцевал канкан и орал арии, — улыбнулся Жан-Поль. Он гипнотизировал меня своим голубым взглядом.

Увы, теперь его сексуальный магнетизм на меня не действует. Всё равно что человека со вспоротым животом соблазнять аппетитным блюдом. Да, приготовлено шеф-поваром и пахнет изумительно, но я не могу это оценить, ведь почти уже умерла…

— Простите, вчера я вела себя отвратительно.