Читаем Блатной конвейер полностью

Сергей промолчал, видя, как Фофан начинает подавать признаки жизни. Все-таки хорошо он ему припечатал! Фофан покрутил головой, оперся руками о землю и медленно сел. Он сразу все понял, и то, что его дружок мертв, и то, что у него шансов тоже нет. Фофан рывком, почти без подготовки оторвал свое массивное тело от земли и рванул в сторону Корня. Их отделяло всего три метра, и он мог бы успеть. Но Шурка всегда был хорошим стрелком и обладал отменной реакцией. Гулко ударил выстрел, и Фофан, как будто споткнувшись, ударился сначала коленями о землю, потом плечом. Перевернувшись по инерции всем телом, он замер, уставившись в небо невидящими глазами. Пуля попала ему точно в сердце. Корень подошел, несколько секунд смотрел на убитого, а затем, не оборачиваясь, далеко зашвырнул пистолет в болото.

Они неторопливо шли краем болота, отмахиваясь от комаров и куря сигарету за сигаретой. Сначала Шурка рассказал все с самого начала, всю свою историю. Потом Сергей рассказал ту часть, о которой Корнеев не знал. О делах, творимых людьми Магомеда на своей территории в Екатеринбурге, о делах, творимых людьми Хохла в Верхней Лебедянке. О Лешке-Шкете, которого он спас. И о том, как он узнал о подготовке убийства Магомеда.

— Ни хрена у меня шансов нет, — подвел итог Шурка. — Все эти твои беспомощные майоры, журналисты, которых никто не слушает, — они не подмога мне.

— Поверь, Корень, это лучший выход. Такого еще не было, это же шум какой! На всю область! Тут просто побоятся закрывать глаза и уголовные дела, согласись.

— А хрен с тобой! Мне все равно терять нечего!

Всеволод Андреев допоздна работал на кухне. Глаза устали, пальцы все чаще промахивались мимо нужных букв на клавиатуре ноутбука. Было уже два часа ночи, Катька мирно сопела носом в комнате. Она побоялась оставаться дома одна, потому что ее отец в составе срочно собранной оперативной группы выехал в поселок Сосновое. Сам Андреев готовил статью, которая выразила бы его отношение к произошедшему в Сосновом и позицию общественности. Тут можно было очень даже неплохо написать.

Неожиданно на столе завибрировал мобильник, поставленный на виброзвонок, и пополз к краю, норовя соскочить на пол. Андреев чертыхнулся и взял телефон.

— Да, — тихо сказал он в трубку. — Слушаю.

— Сева, это Сергей Резенков. Ты сейчас дома?

— Дома, а что случилось?

— Ты слышал о том, что произошло в поселке Сосновый?

— О, господи, — поперхнулся Андреев, — ты что, как-то в это дело впутался?

— Угадал. Слушай, тут без тебя никак не обойтись, потому что нужно привлекать общественность, пока наши славные органы опять не стали передергивать карты. Могут пострадать невинные люди, а настоящие злодеи опять останутся в стороне.

— Ты что-то знаешь? У тебя есть информация?

— Есть, — рассмеялся Резенков тому, что Сева моментально проявил себя как журналист и даже заговорил профессиональными терминами. — Убойная информация.

— Хорошо, когда мы встретимся?

— Сейчас. Я стою у твоей двери, и я не один. Со мной мой давний товарищ, еще по армии. И эту информацию можно получить из первых рук.

Они сидели на кухне, жадно ели бутерброды, которые им приготовил Андреев, и рассказывали. Разумеется, они не стали говорить о том, что именно Корнеев убил Магомеда. И что лежащие на болотах еще два трупа — дело его рук. В остальном они рассказали все, включая и историю Лешки-Шкета, и историю убийств Леника и Зимана. Андреев слушал, делал пометки в блокноте и хмурился.

— Теперь ты понимаешь, что без твоей помощи нам никак не обойтись. Попади Шурка в СИЗО, и ему кранты. Надо применить все твое влияние, все твои связи подключить, чтобы дело получило максимальную огласку, и именно в нормальном, правильном ключе.

В комнате раздался сонный голос Кати:

— Сева, ты чего не ложишься? К тебе кто-то пришел?

— Я сейчас, — слабо улыбнулся Андреев, — извините.

Он ушел в комнату. В тишине ночи было хорошо слышно, как он громко шептал, объясняя, что пришел Резенков с другом. Что им нужна помощь, а то они опять загремят в колонию. Это все из-за той истории в Сосновом, куда уехал ее отец.

И очень отчетливо прозвучал капризный голос девушки:

— Сева, ну сколько можно с ним нянчиться? Ты уже и так для него столько сделал. Надо же и совесть иметь… И еще уголовника какого-то привел… Ты же обещал, что все…

— Тише… ты что… — зашипел на девушку Андреев.

Сергей и Шурка переглянулись. Тихо прошлепали шаги, дверь в зал плотно прикрылась, и звуков оттуда было уже не слышно. Друзья еще раз взглянули друг другу в глаза и молча поднялись. Входная дверь за ними тихо щелкнула язычком замка, и в квартире Андреева воцарилась тишина.

РИА «Новости»

2011.09.11

«Благодаря общественности и местным СМИ замолчать происшествие в маленьком уральском поселке не удалось. Громкая огласка тех событий позволила привлечь внимание Генпрокуратуры и МВД России…