Читаем Блатной конвейер полностью

Фофан, наверное, не ожидал такого поворота событий и на мгновение растерялся. Особенно из-за того, что Корень кинулся на его дружка. И эта заминка стоила ему дорого. Сергей рванулся к нему, преодолев разделяющее их пространство одним прыжком. Фофан отскочил в сторону, чтобы видеть обоих противников. И опять его подвело отсутствие опыта схваток со спецназовцами. Надо было или принимать боевую стойку, или уж сразу выхватывать из кармана нож с выкидным лезвием. И то и другое одновременно не получается. И у Фофана не получилось.

Пока он бестолково топтался, то двигая рукой в сторону кармана, то поднимая ее перед собой для защиты, Сергей провел обманный удар рукой и врезал боковой поверхностью стопы ему в коленную чашечку. Фофан оступился, охнул и попытался ответить мощным ударом кулака. Но Сергей увернулся и снова ринулся в атаку.

Несколько обманных движений, целью которых было заставить Фофана перейти из защиты в наступление. Он купился. Два сокрушительных удара с шелестом прорезали воздух, но каждый раз натыкались на поставленные блоки и соскальзывали в пустое пространство. Это был самый удачный момент для подсечки, и голова Сергея вдруг исчезла. Фофан не успел понять, что происходит, и попытался отступить, но было поздно. Мгновенно присевший и крутанувшийся на одной ноге Резенков крюком поддел ноги противника выше щиколоток. Фофан всей своей массой грохнулся на землю, взмахнув бестолково руками, как будто пытался удержаться за воздух. Сергей прыгнул сверху и еще в полете отвел правую руку назад. Удар в голову совпал с моментом приземления всего тела Сергея на тушу Фофана. От этого сила его увеличилась чуть ли не втрое. Глухо стукнулась о землю голова, и Фофан остался лежать без движения.

И только теперь Сергей повернул голову вправо, где Корень должен был бороться с Баржой. Или массы противников были слишком разными, или Баржа был абсолютно нечувствителен к боли, но Корень никак с ним не мог справиться. Он стоял на его ноге, выворачивал завернутую за спину руку и валил Баржу на спину. Но уголовник, рыча и матерясь, никак не поддавался. Сергей решил закончить эту возню быстро и без риска. Подвернувшийся камень весом килограммов в десять он обрушил на затылок Баржи в районе затылка. Тело тут же ослабло, обмякло и повалилось лицом в траву.

Сергей, уже улыбаясь, отряхивал руки, когда неожиданно грохнул выстрел. Он отпрянул и посмотрел на руки Корня. Тот держал пистолет, из ствола которого еще шел легкий дымок. На необъятной спине Баржи в районе левой лопатки расплывалось кровавое пятно вокруг аккуратной круглой дырочки на куртке.

— Ты… зачем? — выдохнул Сергей.

— Все затем же, — уже без обычной улыбочки ответил Шурка. — Жить хочется, вот зачем.

— Дурак, — сквозь зубы обозвал его Сергей. — Дурак с самого начала! И когда согласился на это дело, и потом. И сейчас тоже дурак.

— А ты? — вдруг разозлился Корнеев. — Ты умный? Ты какого хрена сюда приперся? Тебе мало твоей идиотской судимости? Что, все лезешь всех выручать, всем помогать? Без тебя кисель не ссядется, что ли?

— Я вообще-то рассчитывал на благодарность, — усмехнулся Сергей. — Ты знаешь, что они тебя убрать собирались, киллер ты хренов?

— Догадывался, — проворчал Корнеев. — Только я не знал, в каком контексте тебя тут воспринимать.

— А я тебя, — рассмеялся Сергей. — Все гадал, на чьей ты стороне.

— На своей, Серж, на своей. Каждый зарабатывает, как умеет. Только ты меня с этими не путай, я в криминале не замаран. Просто, просто у меня выхода другого не было. Понимаешь, бизнес у меня кое-какой имеется, и перспективы могут быть очень интересные, если кое-кто поддержит. Вот мне по старой памяти и предложили… подсуетиться. Мол, все-шито крыто будет.

— А теперь ты так не думаешь? — догадался Сергей.

— А теперь я так не думаю. Подстава это, вот что я скажу. Теперь мне в бега придется подаваться, может, документы покупать. Фома ведь все равно меня рано или поздно достанет. На хрена ему такой свидетель. И он уже показал мне границы своей благодарности. — Корень кивнул на труп Баржи.

— А есть и еще один выход, Шурка. Пойти в полицию и сдаться.

— Ты, Серж, в колонии был, ты прекрасно знаешь, что там законы могут быть не писаны. Посадят ведь все равно, а оттуда я уже не выйду.

— А за что тебя сажать? Где доказательства твоей вины? Вот это, — теперь Сергей кивнул на труп, — можно подать как самооборону. А в смерти Магомеда тебя обвинять глупо. Кстати, под каким соусом ты сюда попал?

— Коммерция. Собирался крупный заказ вот у этих уродов разместить. А пока ждал прибытия партии леса, развлекался тут с твоим Хохлом.

— Ну, вот видишь! Половина уголовников скажет, что ты тут вообще случайный человек. А если еще в рамках моей легенды, то в нее ты отлично вписываешься. Лишь бы нам поверили.

— Соблазнительно, — кивнул Корень, — только что нам со вторым делать?