Читаем Блатной конвейер полностью

И только потом, когда, не заходя домой, Хохол прыгнул в машину подъехавшего Батона, начался настоящий разговор. Сразу подозревать Магомеда в предательстве, что именно он решил сдать Хохла ментам и таким образом избавиться от него, они с Батоном не решились. Все-таки по уголовным меркам поступок был далек от «понятий». За такое в уголовном мире наказывали. Но, как говорили древние, что положено Юпитеру, не положено быку. Магомед мог себе позволить и не такие вольности, а Хохол как был «быком», так им и останется.

— Ты уверен, что с Зиманом все чисто прошло? — спросил Хохол, нервно грызя ноготь.

— А что там? — пожал Батон плечами. — Свидетелей никого, ночь… чисто.

— А про Шкета что говорят? Что от ментов слышно?

— А хрен его знает! Никто толком ничего и не говорит. Я думаю, всем безразлично. Сгорел и сгорел.

— Что за ерунда какая-то вокруг творится? Голову уже сломал — думать об этом. И Магомед трубку не берет!

— Может, игра какая идет? — осторожно предположил Батон. — Ты секи, Хохол, что получается. Этот Серж, Резенков который, объявляется у нас и в цвет на станках работать может. С одной стороны, в зоне научился и все клево. А с другой — чего он к нам приехал? И темный какой-то, ни с кем не общается.

— Зэк, от зоны еще не отошел, — буркнул Хохол.

— Это понятно. А только он в Екатеринбурге на рынке кантовался первое время. И на рынке, который Магомед держит. Это как?

— Точно знаешь?

— Специально с пацанами базарил, точно. А на рынок его сам Магомед взял. Он там что-то такое натворил, что Магомеду очень понравилось. Отметелил, что ли, кого-то. Вроде Магомед его раньше и не знал. А потом, ты секи, Серж берет и сваливает с рынка. И куда? К нам сваливает. Чего ему там не фартило, или не поделил с кем чего? Темное дело, Хохол, но только мне другое странно. Магомед нужных людей от себя просто так не отпускает, а тут отпустил. Никто и не понял сразу среди пацанов. Раз, и исчез Серж с рынка. Поначалу думали, что пришил его кто. Поспрашивали — нет, терок никаких не было. Вот и думай теперь!

— И что?

— А вдруг Магомед его специально к тебе сюда прислал. Тихой сапой сам решил и прислал. Задание у него, может, такое — за тобой сечь и Магомеду стучать обо всем. А он ведь со Шкетом все время работал, могли и снюхаться. А могло и наоборот! Шкет Сержа раскусил, просек чего-нибудь, а Серж его и пришил. И пожарчик устроил, чтобы концы, значит, обрубить. Сечешь?

— А если не от Магомеда? — предположил Хохол. — Слушай, а вдруг он от самого Фомы приехал? Покрутился возле Магомеда, все, что надо, просек и к нам сюда. Теперь здесь землю роет. А потом Фома возьми и объявись, а Серж к нему с докладом! Во как может быть!

— Хохол, кончать его надо! Сначала потрясти как следует, а потом…

— Забудь! Даже виду показывать нельзя! Смотреть за ним следует. С кем встречается, с кем разговаривает, как живет. Вот чего надо, Батон! До поры до времени его трогать ни при каком раскладе нельзя. И Барже с Фофаном надо это сказать. Эти уроды могут такого наломать!

— Ладно, я побазарю с ними, — пообещал Батон. — Слушай, а как ты в этом Сосновом будешь один-то. Пацанов тебе надо подогнать понадежнее. Мало ли что. И «товар» из города убрать. Тут езды-то всего ничего, можно из Соснового возить. Хоть каждый день.

Чтобы Лешке было мягко и удобно спать, Сергей натаскал ему опилок из бункера, которыми тот набил себе большой пододеяльник. Получился вполне приличный матрас, только очень душистый. Но это была не главная проблема. Теперь ему предстояло кормить Лешку, а главное, опасно было оставлять его без надзора. Только по ночам Резенков рисковал выпускать Шкета из его камеры заточения, чтобы парень мог размяться, поесть горячей пищи, просто подышать свежим воздухом.

А еще Сергей оборудовал себе лаз в заборе. Если ему надо было куда-то отлучиться в позднее время, то лучше, чтобы все думали, что он находится у себя в каморке. И на третий день случилась неприятность. Резенков возвращался с вечернего собеседования, когда увидел, что в ворота их цеха въезжает машина. Она принадлежала одному из дружков Хохла по имени Батон.

Обеспокоенный Сергей пролез через свой тайный вход в заборе и стал размышлять, как ему теперь быть. То, что он уходил куда-то, конечно, нарушением не было. Сторож у них не предусмотрен, а за то, что Сергей живет в цеху, он должен был присматривать за территорией. Получалось, что он мог теперь свободно войти, и никто бы ему не сказал худого слова. Но какое-то беспокойство все равно было. Наверное, из-за слишком натянутых нервов, но это Сергею и помогло.