Читаем Беркут (Щегол-3) полностью

— Солнце, во время боя ты вела себя достойнее некуда! — твердо сказал я. — А расслабилась только в баньке, то есть, в безопасном месте. И переживала не просто так: мы действительно прошли по самой грани. Более того, выжили благодаря твоей самоотверженности. Кстати, то, что ты расслабилась, радует и само по себе…

— В каком смысле? — не поняла Света.

— В самом прямом… — усмехнулся я. — Раз ты полностью расслабилась, значит, и доверяешь, и знаешь, что нам и в голову не придет посмеяться или как-нибудь воспользоваться твоей слабостью. И последнее: сильной надо быть только для Большого Мира. А нам ты нужна настоящая.

— Я-настоящая безумно испугалась, что могла вас потерять… — глухо сказала она, пододвинулась вплотную, потерлась щечкой о мое плечо, опустила голову на скрещенные руки и приоткрылась еще больше: — Реши я заснуть как обычно, на столе, не смогла бы отключиться. Или видела бы кошмары. А в объятиях Оли они не начинались: в тот момент, когда медведь бросался к тебе, у меня сами собой получались любые умения. И он благополучно умирал, а на меня накатывало облегчение.

— У моей жены — самые уютные объятия во Вселенной! — авторитетно заявил я и прыснул.

— Что-то мне подсказывает, что и твои не хуже… — весело парировала она и притворно вжала голову в плечи: — Но проверять, пожалуй, не рискну — боюсь привыкнуть.

Никакого второго дна в этой подначке не чувствовалось. Зато желания отвлечься от тягостных воспоминаний было хоть отбавляй. Вот я и заставил себя ответить в том же духе:

— Это ты так нарываешься на шлепок по попе?

— Ну да: к ним я уже привыкла и мечтаю о таких прикосновениях твоей ладони долгими зимними ночами, чуть менее длинными весенними…

— … и наверняка не изменишь этой привычке ни летом, ни осенью?

— Ага. Ибо я — само Постоянство! — гордо заявила веселящаяся девчонка и как-то резко перестала валять дурака: — А если серьезно, то с вами я чувствую себя по-настоящему нужной. И постепенно меняюсь. Довольно забавно: часть меня, постоянно повернутая к вам, становится все мягче, добрее и дурашливее. а вторая, вечно обращенная к окружающему миру, твердеет и покрывается ядовитыми шипами.

— Колючка, значит? — улыбнулся я и потрепал Свету по волосам.

— Да. Но не для вас. Чувствуешь?

— Чувствую… — подтвердил я, еще раз провел по подставленной головенке и подобрался, заметив подлетающую «птичку» с о-о-очень большим размахом крыльев. А после того, как определился с ее курсом, легонечко пихнул плечом мелкую и хищно ухмыльнулся: — Судя по всему, у останков медведя — самое веселье. Так почему бы нам не сдать рыбу Якубу, не прихватить Олю и не наведаться на этот праздник жизни?

…На заимку вернулись через пятьдесят восемь минут после ухода «на рыбалку», так ничего «криминального» не углядев. Термос, забитый рыбой по самую крышку, вручили охреневшему «мутанту» и попросили пожарить хотя бы половину. Потом вломились в баньку, прервали медитацию моей супруги и порадовали ее «веселым» предложением.

— С вами пойду хоть к черту на рога! — заявила она, сладко потянувшись, и выставила Жуткое Условие:

— Но только после того, как ты, милый, выпьешь во-он ту «болтушку». Ибо тебе, главной ударной силе самой лучшей команды во Вселенной, срочно требуется оглушение, игнорирующее любую защиту, и, конечно же, полный иммунитет к магии Воздуха. Кстати, если этот мишка как-то раскачал иммунитет к магии Воздуха, а мы потихоньку привыкаем к магии Молнии, значит, существует возможность раскачать все остальные. В общем, надо искать. И экспериментировать.

— Поищем и поэкспериментируем! — оптимистично пообещал я, осушил кружку и отправил благоверную собираться. Потом предупредил Якуба о том, что мы ненадолго отлучимся, по уже отработанной схеме вывел девчонок из поля зрения потенциальных наблюдателей, дал команду накидывать «пелену теневика» и переключился на движение рывками. Так что до места ночного боя допрыгали достаточно быстро и обломались: да, на поляне и вокруг нее собралось приличное количество всевозможной живности, но зверь с самым развитым Даром — росомаха — оказался всего-навсего «шестеркой», а птица — та самая, с внушающим уважение размахом крыльев — «пятеркой»!

Да, небольшой локальный конец света мы все-таки устроили. Но в три тумана, две ледяные вьюги, три разряда и три оплеухи вынесли все живое от силы минуты за полторы. Потом убили порядка четверти часа на вырезание девяти более-менее востребованных Искр, грохнули лиса, очень невовремя учуявшего запах дичи и сдуру атаковавшего Свету, закинули за плечи рюкзаки и рванули обратно. Пока неслись сквозь лес, я планировал Большую Охоту за медведями, дабы нарыть еще два оглушения. Ну и, каюсь, мечтал. О будущем, в которой все члены команды дорастут до Богатырей. Вот меня очередная идея и посетила.