Читаем Беркут (Щегол-3) полностью

но, вернувшись в большую комнату, обнаружил, что у Светы уже начался отходняк. Мысленно вздохнув, задул пламя в керосиновой лампе, забрался под общее одеяло из раскрытого спальника, вплотную пододвинулся к Оле, лежавшей на левом боку и поглаживавшей мелкой спину, и добавил к объятиям жены свои. Само собой, насколько хватило длины правой руки.

Почувствовав мое прикосновение, Света в мгновение ока перевернулась на другой бок, вжалась спиной в грудь и живот моей благоверной, нащупала мое запястье, сомкнула на нем пальцы и превратилась в слух. К сожалению, отключилась далеко не сразу. Хотя мы старательно несли успокаивающую чушь. Зато после того, как провалилась в сон и тихонько засопела, от то и дело сотрясавшей ее нервной дрожи остались одни воспоминания.

Я подождал еще немного, ласково прикоснулся губами к плечу жены и еле слышно прошептал:

— Отключайся и ты, а я подежурю…

Она кивнула. Расслабилась. И отъехала от силы минуты за две. А я закрыл глаза, активировал прозрение и потерялся в экспериментах. Сначала подвесил под ложем подпорку и залил в нее предельный объем Силы. Затем привычно «посадил» этот навык на постоянную подпитку и, немного подумав, решил создать на основе условно бесполезного тонуса что-нибудь дельное.

Убивался аж до начала девятого утра, зато, в конечном итоге, сварганил хрень, напрочь отбившую сонливость. Результат порадовал, так что я назвал «хрень» бодрячком, полностью вернулся «в реальность» и обнаружил, что мое правое запястье все также находится в захвате.

«А девица-то упертая…» — мелькнуло на краю сознания. Но развивать эту мысль не было никакого желания, поэтому я осторожно высвободил руку, бесшумно выскользнул из-под одеяла, натянул шорты, обулся, раскочегарил жар и вышел во двор. Де-юре сбегать в туалет, умыться у колодца и натаскать воды, а на самом деле выяснить у Якуба, больше часа мотающегося по заимке, как его хозяйка перенесла эту ночь.

У «мутанта» тоже нашлись вопросы. Сообщив, что его госпожа вроде как стабилизировала свое состояние и ушла в очередной полуторачасовой сон, он спросил, не разрешим ли мы Ксении Станиславовне хотя бы раз в сутки принимать душ в нашей бане. После того, как выслушал положительный ответ и поблагодарил за понимание, поинтересовался, прихватили ли мы с собой крепкие спиртные напитки, и предложил поделиться «настоечкой, способной качественно выбить из любого сознания любые страхи». А когда услышал, что мои уже в полном порядке, не поверил. И совершенно зря: не прошло и трех минут, как на крыльце бани нарисовались заспанные, но полностью одетые красотки, заметили меня и расплылись в счастливейших улыбках. Впрочем, Самым Главным Штрихом, подтвердившим мои слова, стал вопрос, заданный мелкой:

— Игнат, а давай сгоняем к дальним омутам и наловим свежей рыбки? А то мясо и готовая пища уже приелись, а я голодная, как вчерашний мишка!

— Игнат Данилович, простите, а насколько далеко расположены эти ваши омуты? — спросил Якуб сразу после того, как я согласно кивнул.

— Обернемся от силы за час.

— Час займет дорога вместе с рыбной ловлей?

Уфимцева лукаво улыбнулась:

— Ну да: мы же ловим рыбу не на удочку!

— А я останусь тут… — добавила моя благоверная. — Мне носиться по лесу почему-то лениво…

Это решение, на самом деле принятое еще в воскресенье, безусловно, не обрадовало. Но я подробно разобрал с Олей оптимальные варианты действий при возникновении доброго десятка гипотетически возможных проблем — в том числе и со стороны Якуба — и знал, что ОНА однозначно не задурит. Вот и заставил себя поддержать это «начинание».

В общем, наскоро перекусив бутербродами, тяпнув «коктейля» и собрав два рюкзака-однодневки, мы с мелкой по очереди приложились к щечке моей благоверной, вышли во двор, быстрым шагом добрались до ворот и в том же темпе добрались до опушки. После того, как затерялись среди деревьев, еще раз посмотрели назад прозрением, накинули невидимость и переключились на передвижение рывками. Неслись на полной скорости, поэтому до нужного места допрыгали от силы минут за десять, в темпе перекрыли «самый рыбный» рукав реки крупноячеистой сетью, купленной в Лукоморье именно для этого, и шарахнули по воде разрядами.

Улов перебрали и загрузили в термос все так же «бегом», смотали сеть, затолкали в рюкзак и рванули в обратный путь. А метрах в тридцати от опушки дали по тормозам, взбежали на «обратный» склон небольшой возвышенности и расстелили коврики из пенополиуретана рядом с вершиной. Потом я поднял руку в ответ на аналогичный жест Ольги, заметившей наши «силуэты», лег и ответил на вопрос Уфимцевой, заданный еле слышным шепотом:

— Да, засекла. И дала понять, что у нее все в порядке.

— Она храбрая… — вздохнула девчонка. — И сильная. Поэтому я равняюсь именно на нее. Но сегодня ночью у меня не получилось…