на островерхих

вепри-хранители

блистали золотом.

Так за вожатым

спешила дружина

мужей войнолюбых

широкой дорогой, —

и вдруг перед ними

в холмах воссияла

златослепящая

310 кровля чертога,

жилища Хродгара:

под небом не было

знатней хоромины,

чем та, озарявшая

окрестные земли.

Узрели славу

твердыни престольной

щитоносители;

страж, указав им

путь прямохожий,

коня направил

обратно к морю,

и молвил ратник:

«Теперь идите.

Отец Вседержитель

да будет с вами!

Дай Бог вам силы

в грядущих сражениях!

А я возвращаюсь

320 хранить границу

от недругов наших!»

<p>6</p>

На пестрые плиты,

на путь мощеный

толпа ступила

мужей доспешных

в нарядах ратных,

в кольчугах, звенящих

железными кольцами,

прочными звеньями, —

войско блестящее

шло ко дворцу.

Там, под стеной,

утомленные морем,

они сложили

щиты широкие

в ряд на лавы —

раскатом грянули

их нагрудники;

там же составили

330 копья из ясеня

вместе с мечами —

бремя железное,

вооружение

морестранников.

Тут страж-привратник,

воитель гордый,

спросил пришельцев:

«Откуда явились

щиты золоченые,

кольчуги железные,

грозные шлемы,

длинные копья?

Немало у Хродгара

я, глашатай,

встречал иноземцев,

но столь достойных

не видел! Надеюсь,

не ради прибежища,

как изгнанники,

340 но ради подвигов

пришли вы к Хродгару!»

Вождь гаутов

ему ответил,

стойкий в битве,

статный под шлемом,

такими словами:

«Из дома Хигелака

веду соратников

я, воин Беовульф,

хочу поведать

владыке вашему,

потомку Хальфдана,

что́ мы замыслили,

коль скоро конунг

окажет милость

и нас допустит

в свои палаты».

Вульфгар ответствовал,

вождь венделов,

350 муж многомудрый,

меж соплеменников

мужеством славный:

«Владыке Скильдингов

слово просящего,

конунгу данов,

кольцедробителю,

речи твои,

о вождь дружины,

я передам.

Ждите! – скоро

веление конунга —

народоправителя

вы услышите!»

Туда вошел он,

где старый Хродгар

сидел седовласый

среди придворных;

там, на помосте,

перед престолом

360 славного пастыря,

пред ликом Хродгара

встал Вульфгар,

и молвил он, вестник:

«Люди, пришедшие

к нам издалека,

морской дорогой

из края гаутов, —

привел их воин

по имени Беовульф, —

просят они,

повелитель, выслушать

слово, с которым

к тебе спешили;

о господин,

не отказывай пришлым,

слух преклони,

благородный Хродгар, —

оружие доброе

служит порукой

370 их силе и мужеству;

муж могучий,

приведший войско, —

вождь достойный!»

<p>7</p>

Владычный Скильдинг,

Хродгар ответил:

«Видел я витязя

в дни его детства;

умер отец его,

добрый Эггтеов,

в дом которого

дочь единственную

отдал Хредель;

к старому другу

отца явился

и сын могучий, —

о нем я слышал

от мореходов,

ладьи водивших

в страну гаутов

380 с моими дарами;

они рассказывали,

как тридцать ратников

переборол он

одной рукою.

Бог Всеблагой

направил к данам,

послал, Милосердный

этого мужа —

так я думаю —

против Гренделя,

и я героя,

по дружбе, как должно,

дарами встречу!

Сюда немедля

введи достойных —

пусть предо мною

они предстанут, —

скажи: воистину

гостям желанным

390 даны рады!»

Тогда из чертога

вышел Вульфгар

с такими словами:

«Изволил конунг,

владыка данов,

мой повелитель,

сказать, что знает

род ваш и племя

и рад приветствовать

героев, пришедших

к нам из-за моря.

Теперь в боевом

облачении, в шлемах

ступайте в палаты

да кланяйтесь Хродгару

а ваше оружие

покуда оставьте

тут, у порога,

щиты и копья».

400 Встал среди ратников

статный воин,

вождь дружины,

велел, как должно,

верной страже

стеречь оружие,

а сам с остальными

вслед за глашатаем

двинулся в Хеорот.

Витязь явился

могучий в шлеме

перед престолом,

и молвил Беовульф

(кольчуга искрилась —

сеть, искусно

сплетенная в кузнице):

«Привет мой Хродгару!

Я – воин Хигелака,

его племянник;

мне ратное дело

410 с детства знакомо,

Там, в отчем доме,

услышал я вести

о битвах с Гренделем —

морские странники

о том мне поведали,

что дом дружинный,

тобой построенный,

чертог обширный

пустеет вечером,

чуть солнца на небе

померкнет слава.

Тогда старейшины,

мои сородичи

из лучших лучшие,

меня подвигнули

тебе, о Хродгар,

отдать в услужение

рук моих крепость,

ибо воочию

420 сами видели,

как я из битвы

шел, обагренный

кровью пяти

гигантов поверженных;

а также было,

я бился ночью

с морскими тварями,

мстя, как должно,

подводной нечисти

за гибель гаутов;

так и над Гренделем

свершить я надеюсь

месть кровавую

в единоборстве.

Доверь, владыка

блистательных данов,

опора Скильдингов,

щит народа, —

тебя заклинаю

430 я, прибывший

с дальнего берега, —

о друг воителей,

доверь пришельцам,

мне с моею

верной дружиной,

отряду храбрых

охрану Хеорота!

К тому же, зная,

что это чудище,

кичась могучестью,

меча не носит,

я так же – во славу

великого Хигелака,

сородича нашего

и покровителя! —

я без меча,

без щита широкого,

на поединок

явлюсь без оружия:

440 враг на врага,

мы сойдемся, и насмерть

схватимся врукопашную, —

Небо укажет,

Бог рассудит,

кому погибнуть!

И если он

победит, как обычно

в этом зале,

тогда уж гаутов,

моих соратников,

он беспрепятственно

пожрет, злобесный;

тебе же не будет

забот похоронных,

коль скоро сгину, —

меня утащит

окровавленного

в свою берлогу,

в багровокипящий

450 болотный омут,

и в клочья тело

мое растерзает

себе на мясо,

а мне уже пищи

не нужно будет.

И если сгибну,

похищенный битвой,

мои доспехи

пошлите Хигелаку,

меч и кольчугу

работы Вилунда,

наследие Хределя.

Судьба непреложна!»

<p>8</p>

Скильдинг-властитель,

Хродгар вымолвил:

«К нам ты ныне

явился, Беовульф,

как друг и защитник,