Читаем Батый заплатит кровью! полностью

— Из трёхсот Ярополковых дружинников обратно в город той злополучной ночью вернулись всего тридцать человек, — скорбным голосом молвила Беляна. Разговаривая с Терехом, она сняла с головы островерхий металлический шлем, положив его к себе на колени. Овал её миловидного лица, обрамленный плотно повязанным белым платом, белел в стылом полумраке башни совсем близко от Тереха, присевшего на корзину с камнями. — Самого Ярополка гридни принесли на щите всего израненного. От тех ран княжич и умер, не дожив до рассвета. — Помолчав, Беляна с тяжёлым вздохом добавила: — А через три дня мунгалы ворвались в Переяславль через бреши в стенах, пробитых огромными камнями. Эти камни швыряли татарские катапульты с очень большого расстояния.

Слушая рассказ Беляны о том, что творилось во взятом татарами Переяславле-Залесском, Терех мысленно благодарил Бога, что ему посчастливилось избежать этого кровавого ужаса.

Угодившую в неволю Беляну взял себе татарский сотник по имени Аракча. Этот плосконосый узкоглазый кривоногий степняк не имел ни капли сострадания в душе. Он убивал пленников так же легко, как резал баранов себе на обед. Кроме Беляны Аракче досталась красивая боярыня с двумя малолетними дочерьми. Сначала Аракча изнасиловал мать на глазах у её плачущих дочерей. Потом Аракча стал насиловать девочек, старшей из которых было не более десяти лет.

— Когда несчастная женщина попыталась защитить своих дочерей от позора, то Аракча с невозмутимым лицом отрезал ей кисти рук, — тяжёлым голосом продолжила Беляна. — Обе изнасилованные девочки тронулись рассудком. Аракча отдал бедняжек своим воинам, которые замучили их до смерти. А их мать скончалась от большой потери крови. Умирая, эта боярыня успела прошептать мне напутствие. Она заклинала меня всеми святыми, чтобы я непременно выжила и отомстила нехристям за смерть её дочерей.

Чувствуя, что Беляна вот-вот расплачется от нахлынувших жутких воспоминаний, Терех встал и мягко обнял её за плечи.

— Я ползала на коленях и пресмыкалась перед этим косоглазым ублюдком, а самой хотелось вцепиться зубами ему в горло, — дрожащим от сдерживаемых слёз голосом молвила Беляна. — Мне приходилось делить постель с этим чудовищем в человеческом обличье. Однажды татарка, жена Аракчи, стала избивать меня плетью. Я не выдержала, бросилась на неё и прокусила ей руку до крови. За это Аракча отрезал мне нос.

Беляна разрыдалась, но её слёзы быстро схлынули. Крепко стиснув руками рукоять своего меча, Беляна проговорила с ненавистью в голосе:

— Я буду убивать мунгалов, покуда жизнь теплится во мне. Этих тварей кривоногих нужно истреблять как бешеных собак! Я молю Бога, чтобы мне довелось встретиться в сече лицом к лицу с мерзавцем Аракчой. Тогда я с превеликим удовольствием изрублю его на куски!

— Чтобы на равных биться с нехристями в сражении, надо обрести навык во владении мечом, — сказал Терех. Он похлопал Беляну по плечу и бодро добавил: — Идём-ка, милая, я покажу тебе, как нужно рубить и колоть, как отражать удары противника. Сотник велел мне из тебя воина сделать, и я выполню его приказание.

Покрыв голову блестящим шлемом и прихватив свой овальный красный щит, Беляна безропотно последовала за Терехом.

Обычно обучение новобранцев ратному мастерству происходило вблизи от крепостных валов, поскольку там имелось много места и для учебных поединков в паре, и для столкновения ратников стенка на стенку. В любой русской крепости между земляным валом и городскими строениями оставлялось свободное пространство шириной в полсотни шагов. Это делалось для того, чтобы в случае вражеской осады защитники города могли быстро добежать до любого участка городской стены.

Беляна оказалась очень усердной ученицей, она старательно выполняла все наставления Тереха, повторяя за ним все движения с мечом в руке сначала медленно, потом убыстряя темп. Силы в руках у Беляны было немного, зато упорства в ней было с избытком.

Время от времени Терех и Беляна прерывали своё занятие, опустив мечи, они с тревогой на лице вслушивались в шум и треск, доносившийся со стороны южной стены Торжка. На этот участок городской стены вот уже третий день подряд сыпались камни из татарских катапульт, установленных на заснеженном поле позади деревянного частокола. От ударов каменных глыб ледяной защитный панцирь почти весь осыпался, обнажив бревенчатую стену, которая рушилась на глазах под мощным градом из камней.

С наступлением темноты татары прекратили обстрел, оттащив свои камнемёты подальше от валов Торжка и поближе к своим становищам, где горели тысячи костров, похожих издали на мигающих рыжих светляков.

В густых вечерних сумерках Терех проводил Беляну до терема посадника, где той был предоставлен кров вместе с несколькими другими женщинами, вырвавшимися из татарской неволи. Прощаясь с Терехом, Беляна сама подставила ему губы для поцелуя.