Читаем Аврора полностью

— Смотри какая, — улыбался Антоновский, — Ну теперь я за вас спокоен, главное, чтобы Петр в вагоне не заблудился, а то вы с ним там ввек не управитесь.

— Клянц! Клянц, — брякнул колоколец под рукой проводника, — Клянц, Клянц.

— Ухыыннч! — Взревел паровоз, выплевывая в весеннее небо белый плотный пар.

— Пора, — запрыгнул на ступеньку вагона Зубатов, — Ироида Семеновна, идемте.

— Иду-иду, — отозвалась девушка, не сводя глаз с Антоновского, а тот был явно огорчен их отъездом, но с места никак не двигался, — Михаил Михайлович, ну до свидания что ли? — протянула она руку в перчатке.

Купец схватил ее как дорогой подарок и неожиданно прижал к груди.

— Ироида Семеновна… — начал он.

— Унз-з-з! — заревел паровоз еще и купец замолчал.

— Выходи, Емеля! — толкала Петра из вагона Арина, — Ишь, употь, целоваться ещё лезет! Сидор-сидором, а туда же.

Зубатов мимо них уже пробирался в вагон, тесня проводника.

Весь этот водоворот летел сейчас мимо Ирэн с Антоновским, стоящих на перроне, и неожиданно сама для себя девушка шагнула к купцу и поцеловала его в самый краешек губ.

Мужчина дрогнул.

— До свидания, — шепнула она, отнимая у него руку, — Вы ждите меня обязательно. Спасибо за все…

За спиной раздался общий хохот — это Петр, слуга Антоновского, все-таки неловко грохнулся, перегородив доступ в вагон.

Как ни странно, именно этот смех вернул застывших на перроне Ирэн с купцом к действительности.

Шаг к вагону, другой.

Паровоз еще раз гукнул, и состав медленно покатился вдоль перрона.

— Двинься, — сказала Ирэн проводнику и шагнула на первую ступеньку. Уже из тамбура она обернулась и послала Антоновскому воздушный поцелуй.

Чувство, с которым она это делала, моментально достигло мужчину, и девушка уловила его частое дыхание, волнение и сладкую боль в груди. Что и говорить, она ощущала сейчас боль не меньшую.

— Проходите в купейню, барышня, — шевелил будто таракан усами сухопарый проводник, — Проходите, устраивайтесь. Через полчасика я чаю подам.

— Спасибо, — бесцветно отозвалась Ирэн. — Чай — это хорошо, а вот мы сейчас корзины разберем и вам тоже гостинец соорудим.

Пятьдесят часов до Уфы не так много, тем более все дневное время Ирэн проводила в обществе Зубатова.

Отправляя Арину гулять по коридору, сыщик с девушкой прибрасывали самые различные варианты развития событий.

Роль Азефа.

Возможные препоны.

— Я ведь, к стыду своему, Уфы почти не знаю, — размешивал сахар в стакане сыщик, — Благо у меня там нашим отделением товарищ руководит. Мы с ним еще с гимназического кружка нигилистов вместе. Уверен, он и на телеграфе главные депеши сам шлет. Подозрительней меня будет.

— Встречают нас?

— Зачем? — удивлялся сыщик, — Лишняя утечка. Мы с вами извозчика возьмем и на меблированные квартиры сразу проедем, они их под нас заготовили. Вот и адресочек имеется, — выудил из-за подкладки шляпы кусочек телеграфной ленты Зубатов. — Рынок рядом, две комнаты, так что Арина нам быт враз и организует.

— А ее куда спать? — озадачилась девушка, — Она за печкой не любит.

— Что так?

— Спится, говорит, плохо.

— Там посмотрим, — отмахнулся сыщик, — Нам сейчас главное работу организовать правильно, а уж кто и где — за печкой могу хоть и я.

— Скажете тоже! — махнула на него Ирэн, — Я и сама с такой службой ничего уж не замечаю, — глянула она в окно, — Вон красота какая, а мы все планы рисуем!

— Действительно, красота! — подтвердил сыщик, что-то прибрасывая, — Вот и нам придется работать красиво, а не как по Кишиневу. Иначе грош нам цена! Как бы не пришлось его, подлеца, самим идти ловить. Как вы на это посмотрите?

— Самим? — удивилась девушка.

— Самим-самим! — азартно повторил сыщик, — Нам Азефа, думаю, иначе не оббежать. Ну, не только вы и я, конечно, будем работать. Ребяток наших привлечем. Охрану негласную соорудим из них для Богдановича. Пистолет у вас, надеюсь, не в корзинке? — Задал он неожиданный вопрос.

— Показать? — издевательски глянула Ирэн.

— Ну, кхмг, — опять поперхнулся сыщик, — Насколько уж вы там в своем времени прямолинейны все-таки…

— Зато времени зря не тратим, — отрезала Ирэн, понимая: не все так просто, и многие эмоции с чувствами в скорости следующего века слишком уж затерлись — не опознать. — «Я-то, оказывается, Антоновского еще по журналу приметила, — рассуждала девушка, разглядывая пейзажи за окном, — И здесь уже сердце по нему сразу заболело, но не поняла я, пока с этим временем не выровнялась. Нужны ли нам такие скорости?» — спросила она себя — ответа не было.

Когда заканчивались разговоры, то пили чай или играли в карты.

Арина оставалась верной себе и вместе кушать так и не стала.

— Что это она? — удивлялся Зубатов.

Девушка пояснила.

— Умно, — достал блокнот сыщик и что-то там записал, — Я ведь, Ироида Семеновна, книгу готовлюсь писать, и меня такие психологические вещи сильно занимают.

— А про что книга? — заинтересовалась Ирэн.