Михаил Соловьев

АВРОРА

почти женский роман…

Как только руки мужчины разжались, девушка шагнула назад и на долговязого глянул упрямый глазок браунинга.

— Повернитесь без шума, — шепнула она, и тот машинально подчинился. Фигуры около Антоновского были по-прежнему чем-то заняты.

«Рукояткой лучше бить в височную кость, — вспомнились слова Зубатова, — По-другому вам схватку с мужчиной не выиграть».

Профиль долговязого уже почти проплыл мимо девушки, когда она, повинуясь внутреннему порыву, ударила его с размаху именно туда, куда указывал в свое время сыщик. В удар вложила все: ненависть к ситуации и к самоуверенности тех, кто полагал ее беспомощной, пытаясь навязать свою волю.

— Чвак, — тупо прозвучал удар.

— Ах-х-х-х-ыр, — выдохнул противник, сползая по стенке.

Подчиненные долговязого обернулись в недоумении и на секунду замерли.

Старший еще полз по стенке вниз, а худощавая девчонка с горящими глазами уверенно наставила на них пистолет.

— Руки! — властно сказала она, — Руки — и отойти от кресла.

— Вы аккуратнее, девушка, — без тени испуга приподнял кисти один из мужчин. — Судя по тому, что случилось, господин Юрчевский вас сильно недооценил, но стрелять здесь по-прежнему нельзя. Шумно будет.

Неожиданно он сделал неуловимое движение рукой, и что-то блестящее скользнуло к нему в ладонь. Того, что произошло дальше, не ожидал никто.

Третий, что стоял рядом, неожиданно нанес своему же партнеру мощнейший удар по голове.

Послышался явный хруст костей, и темная фигура повалилась прямо на Антоновского привязанного к креслу.

* * *

Год 2009-й. Мебельный магазин «Аврора».

«Вам отказано в приеме! — мысленно выкрикнула симпатичная девушка в лицо статному кавказцу с хозяйской ухмылкой, перешагивающему порог магазина, — Подите вон!» — Однако наяву она лишь дурашливо улыбнулась и устало проговорила, — Здравствуйте, вы опять ничего у нас не купите?

— Тэбя, — нагло ухмыльнулся тот, демонстративно поправляя на руке дорогие часы.

«Вон!» — мысленно, а вслух: — Пройдите хоть сделайте вид, что вам интересно, а я работать буду.

— Можэт, экскурсия проведешь?

«Выйдите, я говорю!!!» — и улыбаясь: — Ну уж нет, мне среди покупателей спокойней.

Мужчина засопел, переваривая в голове очередной отказ, а изящная девичья фигурка уселась на компьютер и бойко защелкала клавишами.

Мебельный магазин Аврора работал с размахом. Собственники занимались бизнесом со времен девяностых и принцип «рубль кинул — три поднял» соблюдался неукоснительно.

Для «зажиревших» клиентов (кому дешево-плохо) — двери открыты всегда.

Кровати от трехсот тысяч рублей или светильники за полтинник — обычное дело: нужно же людям где-то оставить деньги? Почему не здесь?

Гигантские залы магазина пустовали редко — кое-кто ходил сюда как на экскурсию, кто-то по принципу: смотрю, что куплю, когда разбогатею, но каждый, кто разок побывал — понимал: директор магазина Ирэн — это брэнд.

Улыбчивая и приветливая, она успевала переговорить с большинством клиентов, и каждый получал от нее порцию позитива.

Однако никто не знал происходящего в ее внутреннем мире.

Двойственность общения стало ее вторым я, и за привычно-приветливой улыбкой могло таиться что угодно.

Будучи по образованию историком, она постоянно сравнивала свой любимый период, предшествующий революции 1905 года, с сегодняшним временем.

Ирэн во все времена хотела быть похожей на легендарную Мата Хари, чей взлет начался именно в то далекое время. Вспоминая ее последние слова: «Я готова, господа…», — обращенные к собственным палачам перед расстрелом, девушка понимала: в нынешние времена места для подвига нет.

Ирэн оставалась только игра. Магазин Аврора был ее «домом», и, общаясь с посетителями, она мысленно представлялась хозяйкой: отказывала в приеме, радушно встречала, угощала-интересовалась, не останутся ли дорогие гости на ночь, объяснялась в любви или знакомила приятных ей постоянных клиентов с воображаемыми детьми-родственниками.

Многозначительно и про себя: — «Мишель вас мы уложим в гостиной, как жаль, что Кларочка сейчас уезжает…» — и наяву, — Прекрасные матрасы, Клара Анатольевна, Михаил, вы присядьте-присядьте, все дело в матрасах…

Или:

«Я угощу вас чаем, мужчина, у меня есть травы, которые еще никому не вредили, а польза для долголетия несомненна. Вы станете еще сильней…» — и наяву, — По-моему, неплохой выбор, Юрий. Шикарная посуда, вы же у нас в прошлом году кухню брали?

* * *

Шло время.

Благодаря сильному характеру и умению бесконфликтно решать вопросы Ирэн полностью устраивала руководство на должности директора.

Если кто-то из новых работниц и покупался на ее внешне приветливый тон, пытаясь быть запанибрата, то чуть позже они понимали — «мягко стелит» — все-таки «жестко спать».

Пять лет работы наложили отпечаток на общее мировоззрение девушки, и она играла в затянувшуюся игру теперь и за стенами магазина.

Двойственные диалоги ей не мешали. Наоборот. Заготовки и фразы на разные ситуации она с блеском использовала в житейских переделках, частенько отправляя в «нокдаун» пусть и подготовленных к неожиданностям собеседников.