Читаем Аврора полностью

«Разбавим обстановочку», — решила девушка, — Арина, — повернулась она к дверям, — Чаю ставь! Будете? — глянула она на мужчин и неожиданно поймала взгляд Антоновского.

Карие глаза мужчины искрились, и он явно ею любовался.

«Теперь многое понятно, — сказала себе Ирэн, — Вот только на какой обман он из-за любви ко мне пошел? — ворохнулась память от подслушанного разговора, — В лоб не скажет и ждать придется, а может, Арину спросить? — вспомнила она о скрытых способностях девушки, — Так она же и сказала первой про обман этот на счастье. — Сообразила Ирэн, — Если так, то счастье мое, похоже, уже здесь, а с остальным мы и позже разберемся…»

— А почему так долго были, Ироида Семеновна? — наклонился купец, — Мы уж тут чего только с Сергеем Васильевичем ни передумали…

— Долго, потому что разговор долгий случился, — погладила голубенькую скатерку Ирэн, — Сначала все собирались, потом говорили, позже разъезжались. Я последней. С детишками еще чай пила, да про жизнь их слушала.

— А кто собирался, — осторожно спросил Зубатов, — Воры?

— Они, — кивнула Ирэн.

— То есть сразу их не было?

— Нет, — рассмеялась осторожному интересу Зубатова девушка.

— Ну а как бумаги забрали, чего ж не ушли?

— Там же Антоха оставался, а он за меня и так пострадал — Уйди я, не сносить бы ему головы!

— Мальчишка тот? — удивился Зубатов, — Тот самый, что за вас перед ворами ручался?

— Ну так он и сам вор, — улыбалась Ирэн, — И слово равное с ними имеет. Только маленький пока что.

— Дела-а, — протянул сыщик, и Ирэн поняла — удивление его неподдельное.

— А вы что же, Сергей Васильевич, с ворами никогда не работали? — изумилась она.

— Скажу честно, не касался. Мое дело — политика. Я с этим рос, с этим и борюсь, — честно отвечал сыщик, — Их воровской закон выше моего понимания, и раз уж вы так легко из ситуации вышли — честь вам и хвала! Обогнали вы меня по этой части. Содержание денежное с завтрашнего же дня вдвое. Такую операцию провернуть в одиночку — задача, эх, жалко, рассказать-то некому.

— Чешется? — смеялся купец, — Зато у нас теперь есть общая тайна. И не одна, а это, господа, объединяет. Вы как считаете, Ироида Семеновна?

— Объединяет-объединяет, — радовалась минимуму расспросов девушка, — Хотя секретов среди нас, я думаю, намного больше…

— Вы о чем это? — заинтересованно поднял голову сыщик.

«Надо же, какой цепучий, — удивилась девушка, — Да и сама хороша — рисуешься, курица!» — Мысли вслух, — ответила она ему, — В оперативной работе, по-моему, до конца никто и не откровенничает.

— Это так, — успокоился Зубатов, — У вас секреты просто обязаны быть, иначе, что вы за сыщик без них? Вот только подчинено все должно быть в нашем случае одному! — Мужчина выдержал паузу и, обведя собеседников строгим взглядом, закончил, — Только одному подчинено — делу нашему!

* * *

Перестук колес и покачивание вагона, если закрыть глаза, легко переносили Ирэн в 21-й век. Единственное, что сбивало с толку, так это малая скорость состава и запахи.

Начало двадцатого упорно издавало свойственные только ему ароматы.

Обшивка вагона. Чай и сладковатый запах парфюма старой эпохи с настойчивостью гири привязанной к ногам, «топили» Ирэн, не давая ей «всплыть» полностью.

Антоновский на перрон подъехал к самому отправлению.

— Еле успел, — появился он из клубов пара, широко шагая.

Неизменная трость. Щегольской котелок с малиновой лентой и сюртук с бархатным отворотом.

— Вроде все сделали, — удивился его приходу сыщик и только после того, как поймал его взгляд в сторону девушки, понимающе примолк.

— Все да не все, — обернулся купец, — Петька! Где ты?

Неожиданно из толпы неловко протиснулся паренек с двумя объемными корзинами.

— Ну, здесь я! Здесь! Не угнаться за вами никак, да еще груженому!

— Служанку давайте, Ироида Семеновна, — повернулся к ней Антоновский, — Дорога неблизкая! Я вам с Сергеем Васильевичем поесть-попить собрал. Далеко ли Арина?

А девушка будто услышала того и появилась в окне вагона, выйдя из купе.

Купец как заметил ее, сразу поманил тростью, мол, давай сюда.

— Шустрая, — заметил он, — Чувашка или мордва. Наши такого чутья не имеют.

— Она фламандка, — любовалась мужской красотой Антоновского Ирэн, — Из Голландии её предки.

— То и видно, — не удивился тот, — Скорее бы нам русскую кровь подразбавили, глядишь, и зажили бы по-другому.

Арина тем временем выбралась на перрон.

— А купе-то купе, — зашептала она на ухо хозяйке, — Бархат красный, деревяшка лакированная. А запах… — жмурилась девушка.

— Лучше мобиля? — лукавила Ирэн.

— Скажете, — стриганула глазом на купца и парня с корзинами девушка, — Мобиль — это другое, — грустно вздохнула она, — Брать что ли, корзины, Михал Михалыч?

— И побыстрее, — улыбался Антоновский, — Может, и Петьку моего, непутного, заберешь с собой, а то опаздывает везде — нету мочи.

— А куда мы его? — расхохоталась Арина, разворачивая парня в вагон, — Разве что корзины донести…

Петр явно пытался переварить, что происходит, а служанка толкала его в спину.

— Забирайся давай, употь, и направо клади в четверту дверь.