Читаем Аркаим - момент истины? полностью

Весь исторический период борьбы за якобы идеи Христа (конец XV в — начало XVI в.) мы наблюдаем на фоне дебатов Нила Сорского и Иосифа Волоцкого: первый отстаивал жесткий аскетизм служителей культа и отсутствие претензий Церкви на какое-либо имущество (нестяжательство); второй доказывал необходимость уплаты в монастырскую казну той самой «десятины» от мирян, защищал церковно-монастырское землевладение. По нашему мнению, итог этого спора, — победа первых «олигархов», — и обусловил все дальнейшие события истории страны. Присваивать плоды чужого труда без отдачи было делом не популярным на Руси. Но как только состоялась первая импортная поставка западных «достижений» по выкачиванию денег у населения, в том числе и под религиозные требы — многие дрогнули.

И вот уже в веротерпимой Руси идет «разборка» с еретиками. В 1470 году идеи приехавшего в Новгород из Киева некоего равви Схария сотоварищи (Иосиф Шмойло-Скарявей и Моисей Хануш) чрезвычайно «воодушевили» придворную челядь. В частности, знатного дьяка (т. е. министра по-теперешнему) Феодора Курицына и протопопа Алексея. «Ересь» тогда утвердилась не только в Новгороде, но и в Москве. И не на один год [13:370…384]! Пропагандистская деятельность дьяка при этом происходила при попустительстве Великого князя Ивана III Васильевича, который…заказал Максиму Греку перевод Библии на русский язык.

А куда делось тогда Мариинское Четвероевангелие и все плоды деятельности Кирилла и Мефодия? (Это — даже не хи-хи!). Преемник Феодора, — Иван Волк Курицын, — и сотоварищи, которые «зажглись» идеей монотеизма, были сожжены на костре 27 декабря 1504 года. Откуда на Руси это зверство? Веревка или топор на шею — понятно, дыба — с трудом, но также понятно. Но причем тут костер инквизиции? Не является ли эта форма казни итогом миссии в Россию генерала Ордена доминиканцев? Отметим, что примерно в это же время (XV век) во Пскове была отменена смертная казнь вообще. Видимо и тогда среди «руководства» существовала более многочисленная группа «европоцентристов», чем «евразийцев». И победили, в конце концов, те, для кого европейские идеи были очень материально-выгодным «ветром перемен». Да к черту всю эту демократию и всю эту «лирику» с заповедями Христа, когда можно использовать эту «лирику» под свои вполне материальные властные требы, для иллюзорной экспансии в какие-то ни было области! В том числе и в область «приватизации совести» каждого и каждой. Как же эти попы достали Петра I со своей идей «а поделиться?»!

… Не прошло и двухсот лет и уж совсем устоялся западный «опыт»:

«В лета 7160 (1652) — го году, июня в день, по попущению Божию вскрался на престол патриарший поп Никита Минич, в чернецах Никон <…> Тако, отец и братию мою, епископа Павла Коломенскаго, муча, и в Новгородских пределех огнем сожег <…> На Москве старца Авраамия, духовнаго сына моего, Исаию Салтыкова в костре сожгли. Старца Иону казанца в Кольском рассекли на пятеро. На Колмогорах Ивана юродиваго сожгли. В Боровске Полиекта священника и с ним 14 человек сожгли. В Нижнем человека сожгли. В Казани 30 человек. В Киеве стрельца Илариона сожгли»

[14]

А сколько же Руси потребовалось времени для утверждения христианства? Видимо отправной точкой, по «Нестору», нужно считать снос идолов в Киеве. Но эти изображения русских богов (Дажьбога, Перуна, Мокоши…) были кн. Владимиром поруганы спустя 8, всего лишь восемь(!) лет, как им же в Киеве и обновлены с акцентом на поклонение Перуну! Еще никогда, нигде и ни один правитель не мог без фатальных для себя последствий позволить надругаться над национальными религиозными чувствами своего народа (см. пример фараона Эхнатона — и до 19 лет не дожил). И если поругание русских богов таки произошло, то оно может свидетельствовать только об одном: сам народ уже был готов к этому шагу своего правителя, люди не видели для себя душевной трагедии в смене имени Почитаемого! А такая ситуация может возникнуть только при совпадении двух обстоятельств: вхождения этноса в период своего подъема и естественной в этой ситуации потребности в модернизации национальных религиозных представлений (их в том числе!).

Неплохо сопоставить, однако.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Медвежатник
Медвежатник

Алая роза и записка с пожеланием удачного сыска — вот и все, что извлекают из очередного взломанного сейфа московские сыщики. Медвежатник дерзок, изобретателен и неуловим. Генерал Аристов — сам сыщик от бога — пустил по его следу своих лучших агентов. Но взломщик легко уходит из хитроумных ловушек и продолжает «щелкать» сейфы как орешки. Наконец удача улабнулась сыщикам: арестована и помещена в тюрьму возлюбленная и сообщница медвежатника. Генерал понимает, что в конце концов тюрьма — это огромный сейф. Вот здесь и будут ждать взломщика его люди.

Евгений Евгеньевич Сухов , Елена Михайловна Шевченко , Николай Николаевич Шпанов , Евгений Николаевич Кукаркин , Мария Станиславовна Пастухова , Евгений Сухов

Боевик / Детективы / Классический детектив / Криминальный детектив / История / Приключения / Боевики
1917–1920. Огненные годы Русского Севера
1917–1920. Огненные годы Русского Севера

Книга «1917–1920. Огненные годы Русского Севера» посвящена истории революции и Гражданской войны на Русском Севере, исследованной советскими и большинством современных российских историков несколько односторонне. Автор излагает хронику событий, военных действий, изучает роль английских, американских и французских войск, поведение разных слоев населения: рабочих, крестьян, буржуазии и интеллигенции в период Гражданской войны на Севере; а также весь комплекс российско-финляндских противоречий, имевших большое значение в Гражданской войне на Севере России. В книге используются многочисленные архивные источники, в том числе никогда ранее не изученные материалы архива Министерства иностранных дел Франции. Автор предлагает ответы на вопрос, почему демократические правительства Северной области не смогли осуществить третий путь в Гражданской войне.Эта работа является продолжением книги «Третий путь в Гражданской войне. Демократическая революция 1918 года на Волге» (Санкт-Петербург, 2015).В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Леонид Григорьевич Прайсман

История / Учебная и научная литература / Образование и наука
Образы Италии
Образы Италии

Павел Павлович Муратов (1881 – 1950) – писатель, историк, хранитель отдела изящных искусств и классических древностей Румянцевского музея, тонкий знаток европейской культуры. Над книгой «Образы Италии» писатель работал много лет, вплоть до 1924 года, когда в Берлине была опубликована окончательная редакция. С тех пор все новые поколения читателей открывают для себя муратовскую Италию: "не театр трагический или сентиментальный, не книга воспоминаний, не источник экзотических ощущений, но родной дом нашей души". Изобразительный ряд в настоящем издании составляют произведения петербургского художника Нади Кузнецовой, работающей на стыке двух техник – фотографии и графики. В нее работах замечательно переданы тот особый свет, «итальянская пыль», которой по сей день напоен воздух страны, которая была для Павла Муратова духовной родиной.

Павел Павлович Муратов

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / История / Историческая проза / Прочее