Читаем Ариэль полностью

Ариэль

Порез

Посвящается Сьюзан О’Нил Роу

Вот номер так номер —Свой палец вместо луковицы!Почти отхватила кончик,Не считая тонкогоЛоскутка кожи,Макушки шляпыМертвенно-белой,А ниже – кровавый плюш.Маленький паломник,Индеец содрал с тебя скальп томагавком.Твой турецкий молитвенный коврикТеперь развернулсяПрямо от сердца.Я на него ступаю,Потрясая своей бутылкойРозового шампанского.Мне есть что отметить.Из пореза-окопаВыбегают миллионы солдат,И на каждом – алый мундир.На чьей они стороне?О, мой гомункул,Больна я.Проглотила таблетку – убитьЧувство,Тонкое, словно бумага.Диверсант.Камикадзе юный —Пятно на твоем газовом,Ку-клукс-клановском,Старом платке,Растекаясь, темнеет. КогдаШарообразная мякотьТвоего сердцаВступает в битву с маленькойМельницей тишины,Как ты подпрыгнешь,Раненый ветеран,Грязная девчонка,С пеньком вместо пальца большого.

Вяз

Посвящается Рут Фейнлайт

Я знаю дно, так она говорит, я изучила его корнями:И этого ты боишься.Да не боюсь я – я там бывала.Ты море ли слышишь во мне,Рокот его недовольный?Или глас пустоты – безумье свое?Любовь – это тень.Как лежишь ты и плачешь после!Слушай подков ее стук – прочь унеслась, точно лошадь.Я буду скакать на ней ночь напролет, галопом,Пока голова твоя камнем не станет и тонким дерном – подушка,Звучащая эхом.Или мне подарить тебе звуки ядов?Дождь идет в тишине великой.Плод его – металлически-белый, словно мышьяк.Я страдала от зверств закатов.Сожжена до корней —Мои алые нити горят и топорщатся, точно проволока.Я рассыпаюсь в осколки, что парят, словно клубы дыма.Ветер подобной силыНе переносит свидетелей: придется кричать.Да и луна беспощадна: цеплялась,Волокла жестоко в бесплодье.Ее сиянье меня пугает. Или, может, ее я схватила?Я ее отпускаю. Да, я отпускаю ее — плоской и умаленной,Как пациентку – после операции трудной.Будто твои ночные кошмары владеют мною, одаривая меня!Во мне поселился крик.По ночам он рвется наружу,Ищет, сверкая когтями, в кого бы влюбиться.Меня пугает темная тварь,Что спит у меня внутри:День напролет ощущаю шевеленье крыл ее мягких и тихую злобу.Мимо бегут облака, исчезают.Бледные, невозвратные – они не любви ли лики?И этим вот я занимаю свое сердце?Большее знание мне недоступно.Что это, что за лицо —Лицо убийцы в путаной рамке ветвей?Шипит кислотой змеиного яда,Парализует волю. Это – отдельные, тихие неудачи.Они убивают. Убивают. Убивают.