Читаем Ампирный пасьянс полностью

А памятником их храбрости стало описание битвы, сложенное Абдер-Рхаманом. Это нечто вроде рыцарского эпоса, в котором можно услыхать нотки далеких, позабытых времен, крестовых походов, поэм Тассо о Танкреде, наполненного поклонением тем самым фанатичным чувствам и идеалам, которые поднимали мамелюков на бой с неверными еще со времен средневековья и до самой пред-промышленной эры. Абдер-Рхаман воспевает смерть молодого Эюб-бея, которому приснился сон о собственной смерти в бою с французами. Перед битвой юноша готовится к смерти с традиционным церемониалом, он провел обмывание, прочитал последние молитвы и закончил их словами: "О Аллах, тебе доверяюсь!". Неверных он атаковал с возгласом: "О Аллах! Во имя твое иду на бой!", сражаясь же, он видел небесную гуриссу, нашептывающую ему: "Будь первым в стремлении к славе, и, покинув свой свет, ты прибудешь к нам. Здесь истинная жизнь". Когда же он получил смертельный удар, упавшая с неба звезда окружила его голову ореолом и осветила гаснущие глаза.

9

Довольно скоро после битвы под пирамидами в штаб французов поступила информация о появлении Мурада во главе с недобитыми мамелюками в Верхнем Египте. Наполеон направил для того, чтоб окончательно расправиться с ним одного из своих способнейших офицеров, генерала Луи Десекса.

Десекс выступил со своей дивизией в начале августа 1798 года, и после крайне тяжелого марша вдоль Нила 7 октября, под Седиманом, встретился с мамелюками. Случившаяся там битва во многих отношениях была уменьшенной копией сражения у пирамид. 8 тысяч феллахов Мурада окопались в деревне, сам эе он с 4 тысячами мамелюков и бедуинов выступил перед укреплениями. У Десекса было 3 тысячи солдат, и он построил их в два больших каре и два поменьше, на флангах. Под Седиманом французская пехота впервые не выстояла под ударом атаки мамелюков - малое правое каре было разбито, и кавалерия Мурад промчалась по нему в направлении крупного каре Десекса.

- Не стрелять, пока они не приблизятся на двадцать шагов! скомандовал Десекс.

- На десять шагов, генерал, - поправили его солдаты.

Война пробуждает в нас отвращение, и это правильно, но, благодаря подобным фразам, даже и во взаимном убийстве можно обнаружить ростки чего-то возвышенного.

Продолжение битвы под Седиманом было копией столкновения в тени пирамид. Десекс подождал, пока люди Мурада истекут кровью на французских штыках, после чего одним ударом захватил их укрепления. Разница же состояла в том, что, отступая, мамелюки сделали полукруг и проскакали через побоище, оставшееся после атаки на каре - и там они начали вырезать раненных французов. Им заплатили тем же, хотя это уже не вернуло жизни 300 солдатам армии "Восток".

После Седимана Мурад сменил свою тактику на партизанскую. Избегая крупных битв, он замучивал неприятеля мелкими стычками, провоцировал к столкновению, чтобы тут же скомандовать отступление, что отбирало силы французов. Одновременно он пытался установить контакты, даже за границами Египта, со всеми, готовыми защитить веру Пророка. Его многомесячный поединок с армией Десекса превратился в сказочную эпопею, переполненную актами безумной решительности и жестокости с обеих сторон. Осажденный мамелюками и арабами капитан Моранди взорвал себя вместе с кораблем "Италия"8. В Бенуте же французы взорвали дом мамелюка, в котором захваченные врасплох неприятели защищались совершенно обнаженными, с пистолетами в руках и саблями в зубах.

Мураду удалось навязать Десексу правила игры, напоминавшей сражение с тенью. Десекс преследовал мамелюка по трактам и бездорожью Верхнего Египта, почти догоняя, но, тем не менее, не имея возможности уничтожить врага. Таким образом, в течение нескольких месяцев Мурад-бей мог считать себя победителем, ведь основная идея партизанской войны состоит в том, что партизаны выигрывают, когда не проигрывают, зато обычные вооруженные силы проигрывают, когда не выигрывают. (Янки во Вьетнаме поняли это слишком поздно.)

Во время этой погони, в пустынях и в руинах святынь фараонов, между оазисами и небольшими деревушками, забытыми Богом и людьми, где с римских времен не ступала нога европейца, сновали таинственные личности, благодаря которым связующая нить не разрывалась. Именно благодаря этим таинственным личностям, Мурад не мог бесследно раствориться в пустыне, а Десекс всегда знал о передвижениях неприятеля.