Читаем Ампирный пасьянс полностью

Всеми этими шпионами дирижировал бригадный генерал Юзеф Зайончек, приказом Наполеона поставленный на должность управляющим провинциями Бени-Суэф и Фаюм, то есть, именно там, где в кровавые догонялки игрались Десекс и Мурад-бей. Собирая налоги, усмиряя бунты9, захватывая городки и деревни и размещая в них воинские гарнизоны, Зайончек все время контролировал игру Мурада с помощью двух, не известных нам до сих пор агентов. В десятках писем в штаб Десекса он передавал их рапорты, наполненные подробной информацией о силах, вооружении и перемещениях мамелюков. Через месяц после Седимана, 13 ноября 1798 года, Зайончек докладывал Десексу: "Мои шпионы не спускают с него (Мурада) глаз. Он взбешен и проклинает своих мамелюков, обвиняя их в подлости и слабости".

Десексу удалось полностью взять ситуацию в свои руки лишь весной 1799 года. Он добрался до руин Фив и до последнего порога на Ниле, и его солдаты выбили на камнях храмов Изыды острова Филаэ свои имена, рядом с именами древних финикийских и греческих воинов. Таким образом, весь Верхний Египет был завоеван. Десекс управлял им столь умело, что местные жители называли его "Справедливым султаном".

Мурад-бей же отступил в Нубию, и лишь время от времени дергал врага неожиданными рейдами.

10

В июле 1799 года турецкая армия Мустафы-паши, которую султан Селим III выслал для того, чтобы отвоевать Египет, была разгромлена Наполеоном под Абукиром, после чего ее спихнули в море. "Это был чудовищный вид, - писал потом один из французов. - Над водой вздымалось почти 10 тысяч тюрбанов, владельцы которых напрасно пытались доплыть до расположенных почти в полумиле кораблей британского флота. Среди этих 10 тысяч не было тюрбана Мурада и тюрбанов его мамелюков. Его, направлявшегося в Нижний Египет, чтобы соединиться с турками, растерзал своей кавалерией Иоахим Мюрат, что для самого Мурада, оказалось весьма удачным несчастьем.

22 августа Бонапарте, узнав, что окруженной врагами Франции грозит смертельная опасность, отбыл в Европу, поверяя командование армией генералу Клеберу. В сентябре Клебер вызвал Десекса в Каир. Считая, что уже не встретит на своем пути особого сопротивления, Мурад-бей, решил вновь напасть на Верхний Египет. Тут он ужасно просчитался по причине энергичного Зайончка. Вот фрагмент письма поляка, направленного 25 января 1800 года генералам Фрианту и Дюгуа:

"Двадцать пятого числа нынешнего месяца, около трех часов ночи, мы застали Мурад-бея врасплох в его лагере в Седимане. Мы захватили его шатер, весь багаж, барабаны, семьдесят верблюд и пятнадцать лошадей. Среди убитых бей Манфук, два шейха и восемь мамелюков. Гренадер Симоне из 1 батальона 88 полубригады ворвался в шатер Мурад-бея и впоследствии заверял меня, что вонзил штык в брюхо удиравшего от него толстого бородача. Хотелось бы, чтобы это был Мурад-бей..." Трудно сказать, исполнилось ли желание Зайончка, во всяком случае, вскоре один из его шпионов прислал донесение, что предводитель мамелюков тяжело ранен.

11

Мурад излечился от ран, но он устал вести эту опасную игру. Поначалу в феврале 1800 года - он заключил с французами 8-дневное перемирие, а в марте... перешел на их сторону! Этот удивительное "coup de theatre" совершенно театральное происшествие - произошло после битвы под Гелиополисом (20.03.1800 г.), в которой Клебер разгромил очередную турецкую армию, семикратно превышавшую французскую! Во время битвы Мурад со своими шестью сотнями отборных всадников стоял на правом фланге войск великого визиря, и он даже пальцем не шевельнул, когда шла резня рыцарей полумесяца, хотя формально он находился с ними в союзе против неверных. После боя он скрылся в пустыне. Все это произошло в точном соответствии со сценарием, составленном им предварительно, вместе с... Клебером10.

Мурад шел на встречу с великим визирем не слишком охотно. Все сильнее он убеждался в том, что турки после возможного изгнания французов из Египта тут же доберутся и до мамелюков и заплатят им за столетия несубординации. Когда он вошел, то для того, чтобы принять решение, ему хватило буквально минуты. Турок действовал настолько необдуманно, что приветствовал мамелюка такими словами:

- Ну так что?! Те самые французы, от которых ты бежал, теперь бегут передо мной11!

Мурад в ярости процедил сквозь зубы:

- Паша, благодари Пророка, что французы отступили, ибо, если бы они пошли вперед, тебя вместе со всеми своими солдатами сдуло бы, словно пыль на ветру.

После чего он покинул шатер визиря и еще той же ночью связался с Клебером. Через пару дней тот "пошел вперед", и турков встретила судьба, напророченная им мамелюком.