– Это не исключено, – ответила Нэт. – Но выяснить, так это или нет, мы пока что не можем.

Вежливая тишина сменилась какофонией после того, как разговоры захватили большую часть команды. Рои пробралась к Заку, который, съежившись, оперся на камень, приняв защитную позу.

– С вами все в порядке?

– Я в норме, – проскрежетал он. – Всего лишь приступы боли, ничего необычного. – Спустя мгновение, он добавил: «Я все еще помню, как мы в первый раз вычислили период камней с петлевыми траекториями. Квадрат периода был обратно пропорционален разности между четырехкратным вращательным весом и гармовым весом. Но я предполагал, что эта величина всегда будет положительной. Я никогда не рассматривал вариант, в котором она может поменять знак, и не думал о его последствиях».

– Давайте я вас выведу. – Рои принялась расчищать для него путь.

– Постой, – сказал Зак. Заглушив боль усилием воли, он поднял на нее глаза. – Дай мне сначала поговорить с командой. – Рои забарабанила, призывая всех к тишине, и когда собравшиеся умолкли, Зак, наконец, обратился к своим товарищам.

– Работа Нэт все меняет, – объявил он. – Мы еще далеки от предсказания отношений весов на всем протяжении к Средоточию, и даже если бы нам удалось обнаружить элегантные шаблоны, которые, на первый взгляд, согласуются с имеющейся в нашем распоряжении горсткой чисел, было бы глупо принимать их на веру без тени сомнения. Мы не можем исключить сценарий, в котором это отношение достигает четырех, а значит, нам нужно быть готовыми к такому исходу.

– На мой взгляд, сейчас перед нами стоят две приоритетные задачи, и обе не терпят отлагательств. Первая – продолжать эксперименты, расчеты и философские изыскания, благодаря которым мы смогли зайти так далеко. Именно эта работа привела нас к открытию Нэт. Мы должны приложить максимум усилий, чтобы обрисовать угрозы, которые могут ждать нас в будущем, даже если наша способность его предугадывать далека от совершенства.

– Вторая задача – укрепить нашу способность действовать, исходя из полученных знаний. Нам нужно вербовать новых людей, нужно обучать, нужно сделать так, чтобы об этих угрозах заговорил весь Осколок.

– Всего несколько сердцебиений тому назад я говорил, что на реализацию плана Барда уйдет несколько поколений. Прав я или нет, но это больше не дает нам повода откладывать решение проблемы – мы просто обязаны взяться за нее всерьез. Если нам удастся разработать менее спорный и трудоемкий способ передвинуть Осколок в безопасное место, это станет величайшим достижением, на которое мы только мы можем надеяться. В противном случае мы должны быть готовы принять реальность такой, какая она есть – вполне возможно, что жизни всех наших потомков зависят от того, сможем ли мы завербовать достаточно рабочих и заручиться достаточной поддержкой, чтобы прорыть туннель, соединяющий две половины Осколка.

ГЛАВА 11

В центре балджа полтора миллиарда звезд вращались вокруг диска шириной в полторы тысячи световых лет. Астрономы Амальгамы называли его ОЗД – околоядерным звездным диском – и уже давно привыкли наблюдать за ним лишь издалека, воспринимая как всего лишь очередной пример структуры, обнаруженной в миллиарде других галактик. Это был телескопический объект, а отнюдь не туристическое направление.

Многие из звезд ОЗД были космическими вундеркиндами – горячими, яркими, быстрогорящими гигантами, рожденными несколько десятков миллионов лет тому назад в облаках газа, увлекаемого к центру сложной динамкой галактического ядра. Путешествие других, более старых и менее массивных, звезд растягивалось на миллиарды лет, и их орбиты постепенно сокращались вместе с потерей энергии в случайных столкновениях.

Метеор, захваченный отчужденными, сумел лишь немного перебраться через край ОЗД. Поскольку составляющие его породы не расплавились от удара, скорость, с которой он мог отколоться от родительской планеты, была ограничена. Если на тот момент планета была связана со звездой, то чтобы распрощаться с метеором, этой звезде бы потребовалось вполне ощутимое время.

За пятьдесят миллионов лет эта пара успела совершить с десяток оборотов вокруг галактического центра, и их орбиты постепенно отдалялись друг от друга по мере того, как оба небесных тела попадали под влияние разных соседей. Если, однако же, допустить, что звезда, о которой шла речь, действительно была Чужаком, вырвавшим из звездной системы планету, которую Ракеш назвал Стальным Следом, то круг потенциальных вариантов сильно сужался. Многие из звезд, которые в теории могли оказаться в нужной близости от метеора, за последние двести миллионов лет явно не успели удалиться от галактического центра на достаточно большое расстояние, чтобы похитить планету сталеваров. Согласно моделям, которые прогнал Ракеш, лишь сорок шесть звезд могли захватить планету, погрузиться вглубь ОЗД, а затем оказаться в нужном месте пятьдесят миллионов лет тому назад, чтобы объяснить траекторию метеора.