Читаем Александр Невский полностью

То ли Чогдар услышал в этих словах намек, то ли хотел услышать, а только через несколько дней тот же Неврюй предложил Андрею большую охоту в Кубанских степях. На сайгаков и ланей, волков и парду-сов, не считая других объектов. Туда собирался целый караван: охотники, загонщики, ловчие, охрана, челядь, рабы для черной работы и рабыни для утех. И князь Александр с облегчением дал на это свое согласие: они с Чогдаром понимали друг друга без слов.

– Завтра с Дона вернется Сартак, – сказал Чогдар, когда охотники уехали. – А послезавтра он подарит тебе, князь Александр, свою боевую саблю. Не выходи из юрты, пока я не позову.

Обмен боевым оружием служил прологом к обряду побратимства. Невскому рассказывали об этом и Ярун, и Чогдар, и Сбыслав, и он шел на него не просто с открытым забралом, но и с полным пониманием необходимости этого поступка. Татары отличались изощренным коварством не в силу собственного национального характера, а потому, что, по их представлениям, обман являлся делом почетным, им хвастались, как военной хитростью. Но своих не обманывали никогда и ни при каких обстоятельствах: подобное приравнивалось к предательству, за что полагалась смертная казнь. А побратим становился не просто своим, но, согласно Ясс, считался ближе и надежнее брата, потому что побратима воин избирал сам, лично, а в рождении брата принимали участие многочисленные монгольские боги, как черные, так и белые. Брат оказывался непредсказуемой смесью Добра и Зла, в которой человек был неволен, в то время как побратима он выбирал только по собственной воле.

Александр Невский хорошо разбирался в этой казуистике. Природа одарила его поразительным талантом продумывать ход событий на много шагов вперед. Но он знал и о строгих обычаях, предшествующих торжественному обряду. Особое внимание здесь отводилось размышлению, на что и намекнул Чогдар в последнем разговоре. И князь Александр терпеливо ждал в отведенной ему юрте.

Через два дня появился очень серьезный, почти торжественный Чогдар.

– Ты готов, князь Невский?

– Я готов.

Александр потянулся было за мечом, но Чогдар остановил его:

– Ты уже вручил свое оружие Сартаку. Там, – он выделил это слово, – передашь боевой меч еще раз. И повторишь за царевичем слова, которые он произнесет.

Они молча прошли во дворец, в который попали не через парадный, а через боковой вход. И оказались не в тронной зале, а в маленькой комнате, устланной коврами. На низеньком столике стояла серебряная чаша, наполненная кумысом.

Бату и Сартак уже ждали их с суровыми, непроницаемыми лицами. Но Невский поклонился только царевичу, понимая, что великий хан Золотой Орды присутствует здесь только как свидетель. Чогдар тут же подал ему меч, когда-то подаренный Сартаку, а Александр, взяв его, стал с другой стороны столика с серебряной чашей.

– Не горит трава без огня, не греется сердце без боевого друга, – торжественно произнес Бату.

Сартак вынул из-за пояса саблю в дорогих ножнах и через столик двумя руками протянул ее Невскому. Князь, приняв ее, тотчас же двумя руками протянул свой меч царевичу. Сартак, чуть выдвинув лезвие меча, поцеловал его:

– Пусть твое оружие отныне разит только наших общих врагов.

– Пусть твое оружие отныне разит только наших общих врагов, – эхом откликнулся Невский, в точности повторив все действия царевича.

Затем оба закатали левые рукава и протянули руки над чашей. Бату собственным ножом надрезал вену Александру, а Чогдар – Сартаку. Густая кровь закапала в чашу Когда кумыс порозовел, Невский, как старший по возрасту, сделал первый глоток и протянул чашу Сартаку. В неторопливом, торжественном молчании они допили кумыс, и царевич впервые улыбнулся:

– Здравствуй, анда Александр.

– Здравствуй, анда Сартак.

И крепко, по-братски обнялись.

5

Двое ворот ставки ханши Туракины были распахнуты настежь, хотя стражу подле них не убирали. Во дворе с утра горели костры, над которыми висели огромные казаны, и ветер разносил грубый запах баранины далеко окрест, до самой Сыр-Орды. Мать великого хана монголов готовилась к большому приему.

Готовились и многочисленные гости: официальные послы, представители многих властителей зависимых, полузависимых и пока еще не покоренных монголами стран, цари, князья и ханы вассальных государств. От Желтого до Красного моря простиралась тогда власть степных вл' тык – едва ли не самого малочисленного народа в собственной гигантской империи.