Читаем Адриан ГОЛДСУОРТИ полностью

Христиане не устраивали жертвоприношений, чем весьма отличались от основной части населения империи. Они также отрицали существование каких бы то ни было богов, кроме своего (что, на взгляд их современников, весьма напоминало атеизм). Иудеи придерживались сходной точки зрения; многие из тех, кто придерживался иных верований, считали их «ненормальными», но они по крайней мере представляли собой отдельный народ с традиционной религией. Долгое время в христианах видели одну из иудаистских сект, и широкие круги населения начали воспринимать их культ как нечто отличное от иудаизма, вероятно, не ранее конца I века. Христианство было новым явлением; среди христиан можно было найти представителей любой национальности, любого слоя общества. Это заставляло многих относиться к христианству особенно подозрительно, так как трудно было с уверенностью сказать, сколько приверженцев у этой веры. Критики христианства утверждали, что его принимали в основном незащищенные, бедные и необразованные люди, среди которых было много женщин и рабов — образованные люди считали их персонами по натуре нелогичными. Также ходили слухи об ужасных тайных ритуалах. Обряд причастия, во время которого говорится о вкушении плоти и крови, давал пищу для разговоров о каннибализме[124].

Иисуса распяли приблизительно в 30 году, при императоре Тиберии. Хотя прежде всего его обвиняли в противостоянии власти Рима — он будто бы называл себя «Царь Иудейский», — римские чиновники не предпринимали попыток подавить движение его последователей. Однако в 64 году после пожара в самом центре Рима общественное мнение обратилось против Нерона, обвинив его в том, что он извлек выгоду из этого бедствия и, возможно, стал его главным виновником. В ответ император обвинил в поджоге христиан, надеясь, что эта непопулярная группа подойдет на роль «козлов отпущения». Многих арестовали и казнили; к некоторым применили такую меру наказания, как сожжение заживо. Предание гласит, что Петр и Павел погибли во время этих «чисток»: первого распяли, а второму отсекли голову, поскольку он был римским гражданином[125].

Гонения Нерона на христиан происходили прежде всего в Риме, но непонятно, сколько они продолжались даже в этом городе. Согласно выдвинутому принципу, принадлежность к числу христиан рассматривалась как преступление против государства, однако впоследствии власти не слишком активно преследовали церковь. В начале II века Плиний Младший занимал пост наместника Вифинии и Понта; он ездил из города в город по вверенной ему провинции, разбирал прошения и вершил суд. Однажды к нему привели арестованных, которых местные власти обвиняли в исповедании христианской веры. Проведя расследование, Плиний заключил, что дикие истории о преступлениях и девиантном поведении не имели под собой реальной почвы; наличествовали лишь «чрезмерные суеверия». Тех, кто отрицал свое исповедание христианства — даже если предполагалось, что они были христианами прежде, — были освобождены. От них потребовалось лишь совершить жертвоприношение и похулить имя Христово. Плиний дал подозреваемым три шанса избегнуть наказания таким образом. Тех, кто отказался, он казнил, полагая, что они вполне заслужили это в силу своей «непреклонной закоснелости и упрямства»[126].

Император Траян одобрил действия Плиния, сочтя всю процедуру корректной. Преступление заключалось всего лишь в том, что на вопрос со стороны властей, христианин ли ты, человек отвечал «да». В прошлом (да и в будущем) верования не интересовали имперскую администрацию — в особенности если верующие хранили их в тайне. В конце II века христианский автор Тертуллиан, бывший также и юристом, отмечал, что ни одно преступление не преследуется столь нелогичным образом. Он также подчеркивал, что христиане были образцовыми гражданами, и прослеживал это на примерах представителей едва ли не всех социальных слоев. Отказ приносить жертвы свидетельствовал лишь об их честности, поскольку они не могли заставить себя выполнять ложный, по их понятиям, ритуал. Но они были верными подданными империи, подчинялись всем прочим законам, платили налоги и молились за императора и за процветание государства[127].