Читаем Адаптация (СИ) полностью

Я поправил на себе всю экипировку, стараясь сделать так, чтобы она не сковывала мои движения. Конечно, я также не забыл спрятать найденные мясные ломтики и фрукты в рюкзак. Убедившись, что все сидит идеально, я решил — моя подготовка завершена и пошел вдогонку за головорезами.

***

Я преследовал их по оставленным следам, словно настоящий егерь и следопыт, не упуская ни единого помятого листика и смятой их ногами травинки. Виртуозно осматривая каждую захудалую, еле заметную впадинку, слышу малейшие изменения в потревоженной мелодии леса. Словно деревья ведут со мной разговор и направляют по верной дороге. Я ощущаю все инородные запахи, коих не было в других местах и которые оставили эти мерзкие хобб… головорезы, я имею в виду головорезов! Ладно, что-то я слишком вошел в роль эльфа из всем известного произведения. На самом деле с такими просеками и не надо быть следопытом — слишком уж много всего указывает на правильный путь. Эти товарищи, в буквальном смысле, протоптали новую, широкую и свободную полосу — только слепой бы не заметил пройденный ими путь!

Просто чапать по проторенной дорожке мне быстро наскучило и я решил совершить марш-бросок и нагнать свою гоп-компанию. Местность была холмистой. Когда я их все-таки настиг, то понял, что скрыться от преследуемых мной людей можно было или в деревьях, на некотором расстоянии, или в рослой траве. Иначе, из-за разницы наших высот, меня было бы слишком легко заметить. Они же расслабленно шли, о чем-то говорили, громко смеялись и по ним было заметно, что, в принципе, для них это достаточно легкая и веселая прогулка. Как минимум в тылу разведчиков не было, и никто не опасался за нападение сзади.

Их тип построения был таков — пленники находились в середине, словно в клетке, а конвоиры, окружившие их, шли в форме овала. Шире построение сделать было сложно из-за деревьев и ям, что встречаются на всем пути. Если пленные начинали падать — их пинали, били руками и, так или иначе, заставляли подняться и продолжить движение. Мне кажется, что, даже если они — преступники, это как-то слишком, не по-человечески как-то. С другой стороны, а что может знать о понятии «слишком» человек, который в этом новом, чудном, чертовом фэнтези мире полнейший новичок? Ладно, главное, чтобы они вывели меня к городу, ух я там заживу!

За четыре часа, потраченные в складчину на осмотр лагерь и следование за конвоирами, они прошли километров так двадцать. Интересно, что же конвоиры так далеко забыли — действительно охотились за преступниками, какие у них были цели? Теперь они остановились и пнули пленных с такой силой, что те повалились наземь. Кто-то из охотников сел на громилу, видимо, не желая пачкать и без того грязную одежду. Решили устроить привал, что ли? Не рано ли? Прошли же всего ничего!

Уже по выработавшейся за это время привычке я залез на дерево, с которого я имел возможность следить за ними и слышать все разговоры. Раз уж я не могу понимать их язык, то сейчас самое время начать изучать его! Я, словно маленький ребенок, буду слушать непонятный лепет и пытаться вычленить из предложений слова, а затем соотносить с предметом разговора. Ну раз уж дети как-то так и учат язык — чем я хуже? У меня же, черт возьми, есть эта бесполезная система!

На самом деле я не сильно и отличался от ребенка, познающего мир. Более того, я уже начал забывать даже русский язык. Мои умные беседы самого с собой не сильно помогали, но вот записи в дневник хоть как-то, да спасали ситуацию. Кстати, давно я их не вел. Ну ничего, как только выберусь из леса, у меня появится возможность осмыслить все события как следует и записать их в дневник, параллельно потягивая пиво. Или эль. Надеюсь, в этом мире есть алкоголь.

Кто-то из головорезов начал кричать, а остальные, словно ослы, заржали и отвлекли меня от моих раздумий. Я решил приступить к воплощению в жизнь своего плана и начал внимательно их слушать, стараясь подмечать все повторяющиеся слова. Задача была неординарная, но интересная.

Где-то через час отдыха они решили двигаться дальше. На наручных часах было начало второго. Не уверен относительно конвоиров и конвоируемых, а я провел это время достаточно продуктивно — выучил значения некоторых слов и стал догадываться, о чем они говорят. Ну, как минимум я на это надеялся.

В русской транскрипции я аккуратно написал в дневнике: меч — чозоверт, лук — цвипонеги. Ох, как же сложно будет изучать язык этого мира — он сложнее немецкого по произношению. И это я еще не знаю, как на их языке копье! Надеюсь, я что-то не так понял, услышал или разобрал. Если весь язык такой, то для меня будет лучшим вариантом притворяться глухонемым все мое путешествие.

[Воу, изучение нового — тяжкий труд! Даже не верится, что Вы решили взяться за это дело! Вы получили следующие характеристики: память +2]

«Хренова система опять издевается. Да еще и голова раскалывается от недосыпа. Даже нет желания с тобой препираться, саркастичная система. Черт, как же я устал…»