Помню, в какой-то момент предложил брату: "Давай посмотрим, что в коробках, пока мать не видит. Она сейчас на кухне занята!" Но брат отказался — все, и он вместе со всеми, лихорадочно заготавливали боезапасы: лепили снежки, складывали их в пирамидки у бойниц, чтобы позже, в бою, не отвлекаться на них… Где-то неподалёку, готовились к штурму наши враги. И вдруг тишина как будто бы испугалась, сбежала от нас в чужие дворы — враги начали наступление. Я водрузил ведро себе на голову, вместо шлема, но мать крикнула в форточку: "Неси ведро домой немедленно!" — и мне пришлось это сделать. Стараясь успеть до начала боя, я, задыхаясь, взлетаю на этаж, как на крыльях, но бой уже начался, и врагов так много, что даже ледяное поля помогает слабо, и нам, оставшимся в крепости, с большим трудом удаётся выдерживать их натиск. Шаг за шагом, враги продвигаются всё ближе и ближе к стенам: они — словно стая больших, чёрных, неуклюжих крикливых птиц, утративших крылья. Я тороплюсь обратно, в крепость, но мать говорит мне: "Смени перчатки, эти уже совсем мокрые". Я не слушаюсь, пытаюсь сбежать, но мать становится в проходе и не даёт мне выйти. И мне приходится идти в комнату, я становлюсь на табурет, роюсь на антресоли, но вместо перчаток мне под руку попадаются лишь эти коробки с подарками — коробки, которые мы должны с братом открыть в полночь, со всеми. Я слышу, что мать уже на кухне: она гремит кастрюлями, она открывает духовку, и я чувствую запах пригоревшего жира, и вдруг, неожиданно для себя, решаюсь: я, содрав мишуру, открываю одну коробку из двух…

Милая моя… Ты помнишь, был день, мы прощались, и ты обнимала меня двумя руками, сцепив ладони у меня за спиной? Я шептал тебе на ухо глупости: что у тебя в одной руке — наше прошлое, а другая рука — пуста… Ты хмурилась, будто сердилась, но, скорее всего, ты просто не понимала, о чём я. Ты, вообще всегда бежала куда-то, словно ветер, перемещающийся оттуда, где его много, в пустоту. Меж рук, лишенных возможности сомкнуться, появляется ветер. Когда руки размыкаются, в одной руке слишком много чего-то, а в другой — совершенно нет ничего, и вот — что-то происходит, что-то появляется прямо из пустоты, знаешь? Это и есть — вечный двигатель, место между прошлым и будущим, множеством и пустотой, и ты, как и все, бежишь вперёд, только вперёд, а твоя пустая рука похожа на ту коробку, которую я нечаянно открыл тогда, в моём детстве: коробку, в которой не было ничего. Там была пустота, там всегда находится пустота, абсолютная пустота, а где-то внизу, во дворе моего дома, завершается штурм — мы побеждены, мы разбегаемся по своим квартирам, и наша крепость разрушена, там, где только что стояла стена, лежат бесформенные трупы сугробов, я стою на табурете, в руках у меня пустая коробка. Падает с неба снег, и уже ничего не случится в полночь, никогда не случится.

6 Мечей

Наука

Этот аркан обещает высокую плату за труд (особенно интеллектуальный). При неблагоприятном раскладе лавровый венок не отберут, но характер его обладателя испортится: Шестерка Мечей предупреждает о таких опасностях как догматичность, излишний академизм, неприятие новых идей, чрезмерная амбициозность и все в таком духе.

Михаэль Штраух

До первой русалки

— Ты что, лебедям хлеб крошил? Я знаю, что запрещающих табличек тут нет, но лучше не надо бы, хлеб — не самая полезная еда для водоплавающей птицы. Ну ладно, немножко можно, я имею в виду чуть-чуть, по маленькому кусочку, а не полбатона на рыло, как…

Джем? Какой, вишневый? Малиновый? Конечно, держи.

А вот русалкам хлеб давать можно. Они, правда, сами его неохотно берут, боятся растолстеть, что с них возьмешь, девчонки… Ты чего смеешься? Ну да, русалки растолстеть боятся, а что тут такого?

Нет, не издеваюсь.

Ты когда приехал? Вчера вечером? А, тогда понятно. Увидишь еще. Конечно увидишь, они особо не прячутся. То есть, некоторые прячутся, по личным каким-то причинам, обижаются, или стесняются, а сейчас еще луна на ущербе, у многих депрессия, ну а что ты хочешь, жители воды от нее чаще страдают, чем люди, хотя, казалось бы, куда уж чаще…

Я тебе вот что хочу про русалок сказать. Ты их, конечно, корми, если увидишь, на здоровье, они забавные и все жрут, еще и благодарят словами, совсем как люди — ну, почти. Но если ты дашь им суши…

Да, конечно у нас есть японские рестораны, а где их сейчас нет? Даже прямо здесь, на набережной, видишь, где желтая крыша? Не то "Цветок сакуры", не то "Лепесток сакуры", не помню. Но он, честно говоря, не очень, суп у них лучше не заказывай, и храни тебя бог от тамошнего омлета, зато суши с лососем захочешь — не испортишь, лишь бы рыба была свежая, а у них свежая… Что? Нет, суши с русалками никто не делает. Равно как и с человечиной. Шутки у тебя дурацкие.