Плато Уртабоз, где разыгралось это стихийное бедствие, представляет собой плоскую овальную возвышенность, плоскость которой более 30 кв. км. На плато около 30 лет назад нефтяники пробурили восемь глубоких, до 2 тыс. м, скважин, однако в дальнейшем их разрабатывать не стали.

Местные специалисты утверждали, что причина катастрофы кроется в непродуманном вмешательстве человека в ход природных процессов на безводных землях плато Уртабоз. Кстати, это название и переводится как «безводная пустыня». Но зато у подножия плато бьет множество самых разнообразных источников, некоторые из них даже называют «кайнарами» («горячими»). Однако Н. Новгородцев признается, что он не нашел никаких свидетельств о гидротермальной деятельности в этом районе. Так что вполне вероятно, что оползни были вызваны какой-то другой причиной, хотя совершенно исключить данную версию нельзя: температура воды в «кайнарах» была на три градуса выше обычной.

В кишлаке Окули-Поен грязевый поток залил дома до самых чердаков. На поверхности местами остались торчать только горбатые суглинки, на которых вскоре выросли кусты и деревья, зазеленел дерн. Рядом копошатся люди, стараясь раскопать свои дома и достать необходимые вещи. По словам бывшего воина-афганца М. Басидова, в ту ночь ему не спалось, и вообще было как-то тревожно. «Примерно без двадцати минут пять начала легко трястись земля – как баллон на воде. Минут пять прошло, к двери подошла собака моего братишки, который в эту ночь спал в моей комнате. Как я теперь понимаю, она хотела его предупредить, спасти: сначала лаяла, потом страшно рычала. Я встал, и тут раздался удар. Я думал, что-то взорвалось. Здесь трясет часто, но в этот раз было что-то не то. Люди думали, что упал метеорит. После удара все осветилось. Я пулей выскочил на улицу. Было еще светло, потом быстро потемнело. Я побежал к старшему брату спасать детей. Вскоре стал нарастать гул. Брат хотел выпустить скот, но сарая уже не было. После взрыва прошло семь-восемь минут…

Утром, когда стало уже совсем светло, я подошел и потрогал грязь. Она была теплая, градусов 40. Это заметили все жители, а кое-кто говорил даже, что грязь была еще горячей».

Действительно, жители кишлака потом говорили, что произошло извержение грязевого вулкана. Многие вспоминали потом, что во время подземного толчка, сопровождавшегося взрывом, все окрестности были освещены красноватым светом. После этого еще несколько минут слышался шум сильно полыхавшего огня.

^{Сейсмоопасный район Таджикистана}

Для расследования причин катастрофы была создана миссия из специалистов-гидрогеологов, которая и установила, что в одной из скважин за ночь уровень разжиженной грязи поднялся на восемь метров.

Сегодня южная часть кишлака Шарора у подошвы крутого склона плато Уртабоз представляет собой не что иное, как огромную братскую могилу почти километровой длины и шириной метров двести. Она обнесена высоким глухим забором, но со стороны дороги в одном месте сделан проем. Непрерывным потоком идут сюда люди, присаживаются к проему и молятся…

На склоне плато возле Шароры оползень срезал оросительный канал, но на противоположной, юго-западной, стороне плато произошло уже совершенно иное. Здесь сошел не оползень, а мощнейший четырехкилометровый грязевый поток, который и залил площадь в 2 млн кв. м. Грязь была очень жидкая и подвижная. Растекаясь по Окулинской долине, она смыла юго-восточную часть кишлака Окули-Боло и достигла центральной части кишлака Окули-Поен. К счастью, из этого кишлака люди успели вовремя уйти.

Сель: грозный, безжалостный и неумолимый

1991 г.

«8 февраля 1991 г. мы проснулись и увидели, что наш дом со всех сторон окружен грязью. Грязь поднималась до верхней ступени крыльца. Было видно, как дорожные рабочие пытаются расчистить дорогу внизу за выгоном. Я надела резиновые сапоги и вышла во двор. Забор с задней стороны дома был повален, оранжерея сломана.

Обнаружив, что электричества в доме нет, мы включили домашний генератор, чтобы узнать новости по телевидению. Вдруг послышался какой-то гул. Сначала мы подумали, что шумит включенный генератор. Я выглянула во двор и заметила, что наши лошади испуганно смотрят в направлении гор. Почувствовав вибрацию, я сказала сестре: “Что-то не так” – и подошла к окну кухни, которое выходило в сад позади дома. То, что открылось моему взору, заставило похолодеть от ужаса. Огромная стена грязи и обломков скал высотой с трехэтажный дом мчалась по откосу горы прямо на нас.